Еще проще, но и более угрожающе обстоит дело с журнальными публикациями Н. И. Лобачевского, чья неевклидова геометрия, казавшаяся современникам чудачеством казанского профессора, в XX веке оказалась выдающимся научным достижением. И если в XIX веке только место ректора Казанского университета позволило Лобачевскому беспрепятственно опубликовать большинство своих ученых трудов в казанских журналах – сперва в «Казанском Вестнике», а затем – в «Ученых Записках Казанского университета», то в наше время за всеми его изданиями – как книгами, так и статьями – ведется настоящая охота. Казалось бы, вполне понятен интерес к отдельным изданиям (а книг у него вышло совсем немного), но почему также находятся охотники до вырезок из журналов? Дело тут в том, что Лобачевский обычно не довольствовался несколькими авторскими экземплярами журнала, а заказывал себе отдельные оттиски, которых обычно печаталось несколько десятков экземпляров. Особенно это было ему важно тогда, когда статья печаталась на протяжении нескольких выпусков и собрать ее воедино иным способом не было возможности. Впрочем, печатались такие оттиски не всегда, и различным тиражом (этому вопросу мы посвятили много времени и сил и смеем надеяться, что очерк о прижизненных изданиях Лобачевского нами будет все-таки закончен); однако общеизвестно, что значительная часть его статей издана и по-отдельности и даже поступала отдельно в библиотеки как обязательный экземпляр. Тому способствовали обстоятельства – будучи ректором университета, он мог за дополнительную плату получать требуемое число оттисков. Эти оттиски крайне редки и в общем-то давно осели в государственных собраниях; однако умельцы пошли другим путем: они разными способами начали изымать статьи Н. И. Лобачевского из хранящихся в государственных собраниях периодических изданий и «делать» из них новые отдельные оттиски.

Тут присутствует серьезная трудность: все отдельные оттиски сочинений Н. И. Лобачевского имели как минимум новый шмуцтитул, а чаще – отдельный титульный лист, на обороте которого следует указание, откуда этот оттиск. Именно поэтому такие новоиспеченные «отдельные оттиски» работ Лобачевского вместо подлинного титульного листа обычно имеют его качественно изготовленную копию. По крайней мере, мы имели возможность видеть такие экземпляры, однако сам подход «изготовителей» – внимательный и верный подбор бумаги, а иногда и имитация высокой печати – делает такие копии близкими к оригиналу, а главное, обычно покупатель интересуется совершенно другим – чтобы на таком экземпляре не было библиотечных печатей или их следов, а на заново изготовленном титульном листе этого как раз не будет по определению. Таким образом, численность «отдельных оттисков», в действительности вырезок, достаточно велика, а комплектных казанских журналов, крайне редких самих по себе, – ничтожно мала, поскольку их тираж был очень невелик в 1830‐х годах. События же последних лет, когда из многих библиотек странным образом исчезли некоторые тома казанских журналов 1830‐х годов, нанесли невосполнимый урон.