И при данном условии ответов на ваше предложение может быть два. Ответ № 1: «У нас такая книга есть, сами видите, поэтому она пока не нужна, звоните через месяц», сие может значить, что с вами попросту решили не связываться, или же проблема в самой книге – она залежалась, и второй экземпляр антиквар уже не хочет покупать даже в запас ни за какие деньги. Ответ № 2: «У нас такая книга есть, поэтому мы готовы предложить за такую же 30 или 40 тысяч рублей», на что вы фыркаете что-то в жанре «сволочи, сами продаете за 100, а людям даете 30» и, ненавидя всех и вся, с воплями уходите. Безусловно, первый вариант для антиквара даже предпочтительнее – меньше шуму.
Именно в этот момент нужно сказать, что если речь идет не о каких-то невиданных книжных редкостях, автографах писателей первой пятерки – Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Толстой, Достоевский (хотя бы Л. Н. Толстой в ценовом плане и явный аутсайдер этой команды), а именно об антикварной книге, продажная цена которой до 100 тысяч рублей, то наиболее гуманным по отношению к сдатчику является предложение ему трети от примерной продажной цены этого экземпляра. И такое предложение отнюдь не является унизительным, потому что антикварные книги могут продаваться не то что годами, а даже десятилетиями, и любое вложение в них должно иметь смысл; опять же, нечто очень редкое можно купить и дороже, но уж точно не обычную антикварную книгу. Указанная треть от продажной цены касается только такого экземпляра, который не требует вложений. А ведь в значительной части случаев купленная книга не сразу отправляется на прилавок, а проходит некоторый путь – реставрация, замена переплета и тому подобное. И далеко не всегда книга потом продается. Поэтому сейчас, когда набрали обороты электронные аукционы, в принципе покупка книг у физических сдатчиков уходит в прошлое: много легче купить книгу на аукционе, чем иметь дело с реальными людьми.
К слову, от 1990‐х годов, когда мы с коллегой занимались антикварной книжной торговлей, у нас кроме собранной коллекции осталось даже не несколько, а много и много тысяч (!) антикварных книг, которые мы до сих пор – а прошло уже тридцать лет – не можем продать; то есть продаются нами несколько десятков книг в год, и отнюдь не от нежелания расстаться – просто нет устойчивого платежеспособного спроса. Однако это некоторым образом обеспечивает нам доход даже многие годы спустя. При этом нельзя забывать, что за каждую из многих тысяч антикварных книг были заплачены деньги, на аукционе ли, в магазине ли, или же покупалась библиотека целиком; и долгие годы эти же книги требовали новых вложений: нужно было комфортно разместить эти запасы, потому как дома такие объемы уместить невозможно, да и выгонят вместе с книгами… А продать антикварные книги скопом – крайне невыгодная процедура, ведь даже с дисконтом 70% купят далеко не все. И это потому, что антикварный бизнес имеет свои законы, один из которых – умение ждать. Ведь антикварные книги не портятся, а лишь дорожают.