Однако мастеров, которые бы могли выполнить квалифицированную реставрацию книжного переплета, – практически не осталось. Вместо этого мы видим, что уже мало кто снимает кожу с крышек – ограничиваются подклейкой углов и корешка, почему внешне переплет оказывается болезненно вздутым, неровным, просто-таки искалеченным. Особенно неприятно, что после таких «реставраций» он пачкается, а при чтении книги – приходит в негодность очень быстро. Словом, обычно такие реставрации настолько отвратительны по своим результатам, что можно сделать некоторый вывод: либо книгу не стоит вообще трогать (это не худший из путей, но у нас его не жалуют), либо же нужно переплести ее в новый качественный переплет, именуемый библиофильским.

Последний вариант, который мы считаем приемлемым с точки зрения реставрации именно ценных, коллекционных изданий, – замена переплета. Но не столько замена старого на новый, сколько подбор аутентичного переплета вместо ветхого либо утраченного. Что мы имеем в виду? Это явление, получившее наименование «подбор» или «пересадка», распространилось применительно к коллекционным книгам во второй половине XX века, когда книги на иностранных языках XVIII–XIX веков оценивались чуть дороже макулатуры, а переплетных мастеров практически не было. Тогда и был найден хитроумный способ, когда переплет с иностранной книги переставлялся на нужную русскую книгу. Конечно, в практике советского библиофильства манипуляции эти были заметны опытному глазу, да и не столь часты. Особенно большой проблемой было натиснить название русским шрифтом: переплетчиков с арсеналом не было, а потому такая наклейка была всегда очень кустарной.

Впрочем, если этот способ освоить более аккуратно, то удается добиться того, чего, казалось бы, сделать нельзя: одеть какую-либо редкую книгу XVIII–XIX веков, коллекционная и материальная ценность которой напрямую зависит от наличия старого качественного переплета, в аутентичный переплет. Это имеет смысл, когда речь идет о редкостях XVIII века, прижизненных изданиях Пушкина, Лермонтова, Гоголя… В случаях, если вам достался не самый лучший экземпляр, желательно приложить максимум усилий, чтобы сделать его если не образцовым, то как минимум привести к лучшему состоянию. Это может отразиться и на стоимости: хороший старый переплет порой ее удваивает, а что касается книг стоимостью несколько миллионов, он может помочь продать или выгодно обменять экземпляр.

Однако подбор переплета – большое искусство. То есть, может быть, не такое уж и большое, но требуется, чтобы размер крышек, в том числе пропорции и толщина корешка, соответствовали имеющемуся книжному блоку, который вы желаете переодеть в этот переплет (обрезка, обычно в случае с особенно редкими изданиями, нежелательна, поскольку свежий обрез будет заметен глазу, а тонировка не всегда удается). Понятно, что прижизненного Пушкина и прочие книги, для которых оправданны такие хлопоты, в абы какой старый переплет не оденешь.