В данном случае – важно отличить конволют настоящий, созданный из разных книг, от издательского, потому как это не всегда очевидно, ведь при перепечатке строка в строку пагинация оригинала и выходные данные тоже часто сохраняются; то есть для неискушенного человека первой мыслью будет именно та, что перед ним – переплетенные вместе несколько различных изданий. На издательский характер конволюта порой указывают сигнатуры листов (знаки, в основном порядковые числительные, которые выставлялись на первой и иногда третьей полосе каждого печатного листа, чтобы избежать путаницы их при фальцовке). Впрочем, и издательские конволюты нередко разбираются сообразительными букинистами на отдельные книжки и распродаются под видом оригинальных, особенно часто это бывает с периодикой, где статьи нередко обособлены не только пагинацией, но и заглавными листами. Таковы «Труды Императорской Академии наук» и «Чтения в Императорском обществе истории и древностей российских при Московском университете». Учитывая тот факт, что в издательском конволюте, как правило, не два-три, а полтора десятка аллигатов, коммерческий эффект от такого разоблачения (в данном случае употребляем слово в его прямом значении) может быть велик.

Новояз

Наряду с тем, что новое книговедение (= новое библиофильство) упорно пытается отказаться от традиционных терминов, выучить которые недостает терпения, параллельно вводится и значительное число новых. Мы не говорим о просто неуклюжестях от непонимания значений иноязычных слов («маргиналии на полях», «редчайшая уника») и попыток введения терминов там, где ранее были общеупотребительные («подвертка», «нахзац»). Мы говорим о новоязе идеологическом, если так можно выразиться, имеющем некоторые причины и цели.

Скажем, довольно давно в языке библиографических описаний встречаем (а с некоторых пор и сами вынуждены употреблять) словосочетание «полный комплект». Со стороны пуриста это «масло масляное», поскольку комплект уже на то и комплект, что он полон, completus – завершенный (лат.). Но со стороны языка и терминологии, связанной с развитием новояза, тому была причина: одновременно вошел в словоупотребление ряд выражений, которые и поставили под сомнение полноту термина «комплект». Это и «неполный комплект» (обычно под этим определением мы видим многотомник без одного-двух, например, томов), но еще чаще – «комплект из трех» или иного числа томов, причем последнее уж совершенно соответствует латыни, ибо три тома вместе образуют комплект трех томов, но не соответствует смысловой задаче отражения максимальной комплектности того или иного издания при библиографическом описании.