Ой что началось, когда до него наконец дошло, с чего вдруг еда сама прыгнула ему в пасть. Он, конечно же, её открыл и попытался выковырнуть меня оттуда, схватив за ногу. В первые мгновения я попытался отбиться, а затем просто всадил клинок ему в язык, по самую рукоятку.

Чудище взвыло и сменило тактику поведения. Не то, чтобы это как-то помогло, но попытку я ему засчитал, тем более что она наверняка достаточно забавно выглядела со стороны. Ну ведь не каждый день видишь, как жуткий Тропер пытается убить себя о стену. А таких попыток он совершил аж три штуки.

Симбионт прекрасно отработал и кроме тряски, словно от езды на тракторе по полю, я, в общем, ничего такого и не почувствовал. Ну а затем я продолжил прорезать себе путь наружу в противоположной части от рта, естественно.

Кровь быстро заполняла пасть чудовища, тот отплёвывался, завывал и периодически пытался избавиться от «занозы» в моём лице. Наверняка он уже не раз пожалел о собственном выборе, а я всё резал и резал, пока наконец впереди не мелькнул тусклый просвет.

Самым сложным оказалось пробиться сквозь рёбра. Они у Троперов гораздо крепче человеческих, к тому же складываются каким-то хитрым образом, когда сворачивают перепонку, позволяющую монстрами парить.

Родители не стреляли, видимо, боялись зацепить меня, а, возможно, и догадались, чем конкретно я там занимаюсь. Не сказать, что спокойно, но они дождались хруста костей, а вместе с тем и меня, полностью перепачканного в зелёной крови. И только после этого контрольным выстрелом в область сердца добили Тропера. А тот, к слову, продолжал трепыхаться, несмотря на разорванную в клочья спину. Окончательно успокоился только после проникновения меди в кровеносную систему.

— Никогда так больше не делай, Семён Викторович! — строгим голосом произнесла мама, и подобный подход к моему имени ничего хорошего не означал.

— Кьёфь, — тем не менее с довольным видом заявил я и лизнул палец.

Результат, конечно, не превзошёл все мои ожидания, да и на вкус она оказалась очень похожей на человеческую. Впрочем, данные пробы я уже снял в самом начале пути и сейчас с недовольным лицом наблюдал, как медленно крутится счётчик, отображающий слияние с симбионтом.

«Девяносто четыре с хвостиком – не совсем то, что я ожидал, но всё лучше, чем с отравленных медью», — подумал я и направился к следующему трупу.

Родители снова рассредоточились по комнатам, в ожидании повторного нападения. Нашумели мы всё же изрядно, хотя опять-таки, повторюсь: «В пределах дневного перехода от границы регулярные звуки перестрелки — норма».

И судя по всему, не только для человека, Троперы тоже к этому привыкли, а потому спустя полчаса на посту остался только отец, а остальные вновь отправились на боковую.

Меня тоже пытались уложить, но разве это возможно? В особенности, когда рядом свежая кровь, а до финала заполнения строки совместимости два процента!

Я наконец добрался до последнего трупа, что выгнулся аркой в прихожей у самой подъездной двери. Вот в неё я и вошёл, словно в душевую кабинку, поднял руку с зажатым в ней отцовским ножом и сделал хороший надрез. Кровь едва показалась в ране мёртвого тела и ду́ша, который я собирался себе устроить, не получилось. Пришлось переходить к плану «Б», а если выражаться предельно просто, то тыкать ножом всюду, в попытке добыть кровь.

«Да твою же в душу мать, через колено и об асфальт! — хотел было взреветь я, но оно вряд ли бы так складно получилось. — Сука! Девяносто девять целых и три десятых процента».

Я готов был сейчас хоть кому угодно горло перерезать, чтобы добыть эти сраные семь десяток, но тыкать ножом в близких так и не решился. А потому в голове созрел совершенно идиотский план.

Ведь Троперы не сразу полезли к нам, нескольких удалось завалить на подходах. Так почему бы не выбраться на улицу, где я наверняка смогу добыть необходимые ресурсы. Батю уговаривать бесполезно, я, скорее, по пятой точке ладонью заработаю, а значит, самое умное решение – это свалить по-тихому.

Ага, сейчас, не за батю эта песня, я даже до дверей добраться не успел, когда позади прозвучало вежливое покашливание.

— Ну и куда это мы крадёмся среди ночи?

«Ну едрит... На дискотеку, конечно!» — усмехнулся я про себя, но вслух произнёс другое: «Кьёфь... Надо».

— До утра не потерпит?

— Не, — замотал я головой.

— Жди здесь, — строго приказал отец и вернулся в глубину квартиры, где быстро разбудил Саню при помощи пинка.

Мы оставили его на посту, пообещав, что долго не задержимся, а сами спустились вниз и вышли на улицу. Здесь, прямо под окнами стояла арка одного из врагов, на которую я сразу же и набросился. Только что не рычал от удовольствия и предвкушения финала слияния с симбионтом. Нож быстро выпустил кишки, в которые я тут же забрался, а как только её капля попала на язык — свершилось!

Слияние завершено!

Вот и все спецэффекты, что я увидел. Теперь оставалось как-то без подсказок разобраться с дальнейшим функционалом. А я что-то ничего не мог понять, потому как в данный момент вообще вся информация перед глазами исчезла. Разве что тоненькая паутинка справа внизу видна, но и то не факт, что она имеет отношение к делу.

«Это что же получается: меня обманули? А где моя ярость?! Как прикажете мне теперь рвать врагов на части? М-да, несерьёзно...» — я тяжело вздохнул, выбрался из кишок и с грустным, задумчивым видом прошёл мимо бати.

— Всё? К следующему телу не пойдём? — уточнил отец, на что я устало махнул рукой. — Оно, может, и к лучшему. А ты чего вдруг поник-то, а?

В ответ я всё так же отмахнулся и отправился спать.

— Что это с ним? — поинтересовался Ржавый, проводив меня удивлённым взглядом.

— А его разве поймёшь? — в ответ батя пожал плечами. — Ой, всё, иди спать тоже, не нервируй меня. Устроили здесь...

Глава 10. Безумство храбрых.

Глава 10. Безумство храбрых.

На удивление, уснул быстро. Напряжение всех предыдущих дней, что ли, сказалось? В общем, даже вся та «артиллерия», что грохотала ночью со стороны заставы, не смогла нарушить мой покой, и глаза я распахнул, полностью отдохнувшим.

Так, а изменения чувствуются, точнее, напротив, ощущение такое, словно я голый. Неужели симбионт свалил?

Я пошарил по себе руками и сразу успокоился, потому как никуда он не делся. Видимо, прижился основательно, как следует. Ну, это ладно, замечательно даже, а где моя ярость? Куда подевались все остальные характеристики? Или опять обновления какие устроили, после которых сам чёрт ногу сломит, пока во всём разберётся?

Ну и, конечно же, как, впрочем, и всегда — спросить совершенно не у кого. То ли дело мамка с батей – эти кого угодно жить научат, хотя они вряд ли хоть что-то знают, в смысле о симбионтах. Придётся самому как-то справляться, а как?

«Да чтоб вас вырвало! С "Алика" они его заказали, что ли? Хоть бы кнопку вызова какую придумали...» — размышлял я, сидя в комнате с батей.

Глаза прикрыты, но если присмотреться, видно, как я вращаю ими под веками. Это я так пытаюсь хоть какое меню отыскать. Не исключено, что всё делаю неправильно, возможно, вслух произнести нужно, или в центр груди надавить, за ху... пипиську дёрнуть, в конце-то концов. Короче, ничего не понятно.

— Меню, — тихонько произнёс я, и ничего не поменялось.

— Что? — обернулся ко мне отец.

«Да абзац какой-то!» — подумал я, но в реальности вновь раздражённо махнул рукой.

— Ну, как хочешь, — буркнул отец и снова уставился в окно.

— Кажется, идёт кто-то, — тихонько произнесла Катюха, рассматривая улицу в прицел винтовки.

— Видишь его? — подобрался отец и немного отстранился от окна.

— Да где там, рано ещё, — отозвалась та. — Кусты шевелятся и то не всегда, их, скорее всего, несколько. Профессионально идут, не Троперы точно.

— Копчёный, наверное, — задумчиво потёр подбородок батя. — Ладно, если что – сигналь, сейчас Машу отправлю, пусть проверит.

Отец прошёл мимо и слегка потрепал меня по голове, вскользь так, буквально пальцами. Я сразу открыл глаза и в этот момент что-то мелькнуло.

Меня тут же подбросило, и я принялся теребить панамку, вот только снова ничего не произошло. Я пробовал даже повторить это так, как сделал батя, но все попытки терпели крах. В общем, я заложил руки за спину и стал плавно выхаживать взад-вперёд по комнате.

В этот момент в неё вошёл Ржавый и уставился на меня с нескрываемым удивлением.

— Кать, а что это с ним? — спросил он мою тётку.

— Отстань, — быстро огрызнулась она, даже не отрывая глаз от прицела.

Ржавый сразу обиделся. Старался, конечно, виду не подавать, но широкую улыбку сразу с лица убрал, что-то буркнул и уселся на пол возле стены, напротив меня. Его взгляд сосредоточился на мне, что как бы ни фига не приятно, даже бесит, если уж быть совсем честным.

Вместо того чтобы продолжить мыслительный процесс, я раздражённо закатил глаза и воздел руки к потолку. После чего настроение мгновенно поднялось вместе с конечностями. Да, я наконец нашёл, как оно всё устроено.

Когда батя побеспокоил меня, проходя мимо, я тоже разозлился. Нет, не прям вот до психу, как со Ржавым бывает, но всё равно... И так ничего не получается, они ещё ходят и отвлекают, как эти.

Ну, короче, я в тот момент тоже подобным образом глаза закатил. Хотя я и до этого так пробовал, вот только веки тогда закрытыми держал, а здесь приоткрыл, дабы эмоции выразить.