В музее под стеклянным колпаком бриллиант, кажется, не светился. А потом мысли Билли занимало другое, и она не проследила, когда он загорелся. Но одно ясно как день: бриллиант её к добру не приведёт!

Билли снова перепрятывает бриллиант под мышку, чтобы хоть приглушить его сияние, и рассуждает. Похоже, когда ей вспомнились «Спасатели», многое изменилось. Билли пытается разложить мысли по полочкам. Очевидно, бриллиант ожил, когда историю раскусили. Эта часть вполне в духе Диснея. Но любой, кто попадает в радиус его воздействия, начинает злобно себя вести. И по мере приближения злоба только нарастает.

Бриллиант влияет на людей своим светом!

– Надо найти Тима, – бормочет Билли себе под нос.

– Пожалуй, тут мы могли бы помочь, – слышится снизу писк. С земли на девочку смотрит Бернард. Надо же, она уже почти забыла про мышиную парочку.

– Что-что? – переспрашивает Билли.

– Не отставай, –- только и слышит она в ответ.

Мыши пускаются бежать, Билли следом.

Всё совершенно, определённо, бесповоротно пошло не так.

* * *

Тим благодарит мистера Креншоу за своё спасение из лап музейной охраны.

– Это я вас обоих должен благодарить, – отвечает мистер Креншоу. – Кто знает, чем бы дело обернулось, окажись бриллиант в руках этих негодяев? Вы двое подоспели как раз вовремя. Однако твоя подруга в опасности. «Глаз дьявола» теперь ведь лишён защитного стекла. Это ставит твою подругу под серьёзный удар.

– В смысле?

– Видишь ли, бриллианту такое имя неслучайно дали, парень...

– Тим.

– В общем, Тим. Бриллиант надо разыскать немедленно. И как только он снова окажется у нас, вам с той девушкой...

– Билли.

– Ну да, Билли. Значит, вам с Билли нужно будет выполнить одно поручение. – И Креншоу морщится, точно лимон укусил.

Его тревожный тон и туманные слова заставляют Тима крепко задуматься.

– Насчёт Билли... А в чём, собственно, опасность? – спрашивает он.

– Дело в том, что футляр для бриллианта был выполнен из специального, весьма дорогого стекла. Называется полупрозрачное зеркало, или ещё зеркало Гезелла. С одной стороны отражает свет, с другой пропускает.

– Господи, вечно кончается зеркалами, – бурчит Тим.

– Внутренняя, зеркальная, сторона отражала световой поток обратно на сам бриллиант, – продолжает разглагольствовать Креншоу с учёным видом. – Таким образом, собственное излучение камня не могло пройти сквозь футляр.

– О, серьёзно? – удивляется Тим.

– Абсолютно. Стоит дать «Глазу дьявола» волю, как он искажает, извращает, переворачивает с ног на голову помыслы и поведение каждого, кому не посчастливилось оказаться поблизости. Выпускает на свободу любых тараканов, вытряхивает скелеты из шкафов. Он коверкает ход истории. Порой трудно поверить, до чего он меняет людей! В одном случае – ты, конечно, уже догадался, о каком сюжете идёт речь, – пираты оказались на дне колодца по собственной воле. Они отправились туда за «Глазом дьявола», чтобы никогда не вернуться! Мы с Кевином уже раз десять это проходили.

– С Кевином? Это который архивист?

– Он самый.

– А, так вы знаете Кевина. – Тим даже не спросил, а отметил.

– Парень, ты вообще следишь за объяснениями?

– Я Тим.

– Тим, сейчас это сейчас, а тогда это тогда. Настанет день, и я буду обучать Кевина в Академии многогранных объектов. И он будет моим лучшим учеником. Но это потом. Но что такое потом, что такое сейчас? Время ведь относительно. Вон Эйнштейна спроси. Когда «Глаз дьявола» попал ко мне в руки – то бишь после того, как его украли из Смитсоновского, но это сейчас неважно, – я обезвредил его с помощью футляра, ну вот который тебе только что описал. Хотел было послать обратно в Смитсоновский, но они отказались. Слишком рискованно. Предложили вернуть его в «Дисней». Но доставка обернулась не меньшими рисками. Мне стали сниться эти сны про... гхм, в общем, неважно. Короче говоря, пришли к чему пришли. Теперь организовывать доставку не понадобится, вы с Билли его чудесным образом сами передадите. Понял?

– Ничего не понял. Ни слова из того, что вы только что сказали.

– Ладно, главное вот что: надо разыскать Билли. И поскорее, потому что дело уже зашло не туда. История меняется, и меняется быстро. У меня вот тут есть второй такой футляр, видишь? Запасной, вместо разбитого. Втроём у нас получится. Ты, я, Билли. Возьмёмся за дело и вернём всё на круги своя.

– То есть, мне надо найти Билли и вернуть бриллиант на место.

– Ну вот видишь? Сам прекрасно разобрался. Молодец! Так держать!

– Я найду её. И мы вернём бриллиант.

– Вот и чудесненько. Только, Тим, ты учти: не стоит недооценивать его силу. «Глаз дьявола» представляет собой источник поистине феноменального зла. Если выжать всё хорошее из каждого вздоха, каждой веточки, каждой капельки, каждой сказки, которую ты знаешь, то остаток и будет «Глаз дьявола». Воспринимай его как некоего запуганного, потерянного ребёнка.

– Ага, знакомое чувство, – отметил Тим.

– Значит, я на вас двоих рассчитываю. Принесите бриллиант обратно и верните на место.

«Да разве это не одно и то же?» – думает Тим. Похоже, Креншоу уже заговаривается. От разговора с ним у Тима мурашки по спине забегали, в горле застрял ком.

«Билли даже не подозревает, что творится. Её жизнь в опасности».

* * *

Пока Билли бежит за мышами по Центральному парку, ей продолжают попадать озлобленные люди. В это сложно поверить, но, кажется, озлобленными они становятся только рядом с ней. Странным образом Билли то и дело попадаются знаки или указатели, на которых слова напечатаны задом наперёд, как будто на другом языке.

«Всё наперекосяк», – думает Билли и сама уже не знает, во что верить. В голову снова лезут мысли насчёт бриллианта. Но навязчивую идею, что он как-то может быть причастен ко всем этим странностям, Билли в который раз отметает. «Да не, вряд ли».

Она раздумывает, а не выбросить ли его вообще. Пусть другие с ним разбираются. Но нет. Нельзя потерять бриллиант. В конце концов, она только что едва спасла его. И потом, если уж бриллиант действительно способен влиять на людей, то нельзя допустить, чтобы он оказался не в тех руках.

Хочется вернуться в музей, но не дают опасения. Что, если грабители её там подстерегают? Нужно что-то придумать. Идея! А что если – кто знает, может, и получится – обратить силу бриллианта в свою пользу!

– Псс! – пытается обратить на себя её внимание мисс Бьянка.

– Э, да? – Прекрасно, не хватало только разговаривать с мышами.

– Мисс, если вам не сложно, не отставайте, хорошо?

– Мне надо в полицейский участок. Если я обращусь в полицию, грабители ко мне не подступятся.

– Что ж, возьмём курс на полицейский участок, – с улыбкой отвечает Бернард, – но будем надеяться, что по дороге кое-кого встретим.

– Кого? – удивляется Билли.

– Друга. По времени должно как раз идеально сложиться, – замечает Бернард, сверившись с карманными часами. И захлопнув крышку, командует: – Ну, идёмте!

* * *

Это какой-то кошмар наяву. Тим спускается по ступеням крыльца на Пятую авеню и тут же замечает, что за ним хвост. Наверняка один из грабителей!

Тим отворачивается, снова смотрит через плечо – за ним уже двое, и бегут. Тим припускает. Спотыкаясь и скользя, он мчится по улице и... врезается в фонарный столб.

Один из преследователей сгребает Тима за воротник. Сам он худощав, но силён; нос съехал куда-то в сторону.

– Давай сюда, – рычит он по-медвежьи.

– У меня его нет, – отвечает Тим.

– Девчонка где? – спрашивает силач.

Тим молчит. Ещё чего, впутывать Билли.

– Веди нас к ней. – Силач так крепко стискивает руку Тима, что у того немеют пальцы.

– Ладно, – говорит Тим. Отличная возможность выиграть время. Где Билли, он понятия не имеет. А если бы и знал, этих мазуриков к ней ни за что не повёл бы. Но сейчас они предлагают ему кое-что поценнее бриллианта – время.

* * *

Билли бежит на исходе сил. В боковом кармане бьётся бриллиант, весомо напоминая о себе на каждом шагу. Билли бежит за мышами к выходу из парка. Они отведут её в полицейский участок. Всё-таки одной ей не снести то, что на неё навалилось.

Слышится писк Бернарда: он указывает вперёд, на проезжую часть. Билли сбавляет темп.

Рядом притормаживает автобус, который курсирует по Пятой авеню, и пускается бок о бок с Билли, с той же скоростью. Впереди на указателе стоит направление: «РТНЕЦ В». Слова такого нет – видимо, какая-то аббревиатура, только что-то уж больно длинная. Билли делает автобусу знак, и тот останавливается. Двери открываются.

– Здорово, Бернард! Привет, Бьянка! Давно не виделись. Давай, девчуля, залезай поскорей!

Билли не нравится, когда к ней так обращаются. Она поворачивается к водителю сказать, что о нём думает, но... за рулём не человек.

За рулём голубь.

– Спасибо, я не еду! – кричит Билли. – И голуби не разговаривают! Это всего лишь бриллиант, он всё выворачивает наизнанку!

– Бриллиант? – откликается водитель. – Да бриллианты лучшие друзья голубей!

– И вообще, – настойчиво продолжает Билли, – голуби не водят автобусы.

– Может, и не водят. А я, как видишь, вожу. Кстати, я Мо. В общем, автобус отправляется. Со мной за рулём. Так что решай.

– Мисс, прошу вас, – говорит ей Бьянка и делает своей крохотной лапкой пригласительный жест в сторону открытой двери.

Похоже, абсурд сгущается. Пока Билли раздумывает, стоя на тротуаре, буквы на автобусном указателе потихоньку перетасовываются у неё в голове.