К стр. 180. Председатель Совета солдатских и рабочих депутатов, член Учредительного собрания Валентинов (он же Абрамсон). — Абрамсон (Валентинов) Григорий Борисович (1896 — не ранее 1956), большевик. Член Учредительного собрания от Новгородского округа. Окончил юридический факультет Петроградского университета в 1918 г. В 1917 г. солдат, председатель Совета солдатских и рабочих депутатов в Новгороде. В советское время редактор газеты «Труд». Как участник троцкистской оппозиции в 1927 г. исключен из ВКП(б), выслан в область Коми на 3 года, в 1929 г. восстановлен в партии, возвращен из ссылки. Впоследствии неоднократно был осужден на разные сроки в 1933, 1936, 1948 гг. В 1956 г. освобожден как необоснованно осужденный. Упоминается в романе А. И. Солженицына «В круге первом» как троцкист, отбывающий второй 10-летний тюремный срок после 6-летней ссылки.

К стр. 183. Хутынский монастырь — Варлаамо-Хутынский Спасо-Преображенский монастырь — женский (ранее — мужской) монастырь в Великом Новгороде, расположенный на правом берегу реки Волхов.

…поручив Преосвященному… — Т. е. епископу Алексию (Симанскому).

К стр. 186. …реквизируют такие центры религиозной жизни, как Лавра Петроградская. — Еще 30 ноября, по предложению наркома государственного призрения А. М. Коллонтай, Совнарком под председательством В. И. Ленина рассмотрел вопрос об изъятии у Православной Церкви монастырей. Однако какое-либо конкретное решение тогда принято не было. Коллонтай на заседании Совнаркома добилась наконец принятия решения о реквизиции помещений Александро-Невской лавры для нужд своего наркомата. Этим решением был создан прецедент для страны. По оценке петроградского духовенства, «распоряжение принимало характер благовидности: мол-де заботимся о благе народном, а монахи ничего для этого не делают…» 13 января митрополита Вениамина посетил сотрудник комиссариата призрения Иловайский и передал, что «с сегодняшнего дня Лавра переходит в ведение народа».

В связи с происшедшими событиями митрополит Вениамин отдал распоряжение о совершении 20 января общегородского крестного хода из всех храмов к Лавре в защиту Церкви. Как отмечалось на заседании Поместного Собора, «этим исполнялось лишь требование верующего народа. Власть учла народное настроение, и Бонч-Бруевич не только не запретил, но даже заявил, что они не противники веры, и сделал распоряжение об аресте нарушающих порядок во время крестного хода. Эти распоряжения были напечатаны и разбрасывались из автомобиля параллельно крестному ходу. Накануне в субботу вечером в Казанском соборе его настоятелем, священномучеником протоиереем Философом Орнатским было впервые зачитано в Петрограде воззвание Патриарха от 19 января (его успели размножить и раздать по церквам для оглашения на следующий день). В грандиозном воскресном крестном ходе участвовало, по церковным оценкам, до полумиллиона, а по данным властей — 50 тысяч человек. Лавра не могла вместить всех желающих, и митрополит выступил после молебствия перед верующими с особого помоста на площади перед ней: „В переживаемые дни родина наша, некогда Русь святая, превратилась в пещеру погребальную. И наполнена эта пещера телами людей, которые ходят, действуют, много говорят, но которые духовно мертвы для веры, для блага родины, для любви и сострадания к ближним и для голоса совести своей… Думали предоставлением свободы произволу и страстям человеческим, обещанием всех благ земных, рассыпанием денег заставить людей забыть про небо, про Бога, про совесть. Но это средства, цели не достигающие. Бывшие дорогие братья наши, дети общей семьи, знайте, что невозможно бороться с Богом, нельзя искоренить веру. Гонения на веру только укрепляют ее. Так было, так будет, так и теперь есть“»[420].