Проблема исторического контекста связана и с вопросом о том, как интерпретировать аутентичное учение исторического Иисуса. Даже среди авторов, утверждающих, что контекстом жизни Иисуса была иудейская апокалиптика, по этому вопросу нет согласия. Сандерс и Эрман во многом придерживаются классической теории Швейцера: апокалиптический язык проповеди Иисуса следует понимать буквально, то есть Иисус учил о скором наступлении трансцендентного Царства Божьего. Однако ряд других авторов доказывают, что, хотя язык проповеди Иисуса по форме был апокалиптичным, основной смысл Его вести заключался в другом. Например, Хорсли доказывает, что по содержанию проповедь Иисуса была направлена на изменение существующего социального уклада. Борг считает, что за апокалиптическим языком Иисуса скрывается учение о неких базовых религиозных реалиях, таких как существование Сакрального, чья ценность превосходит все реалии профанного мира. С точки зрения Райта, Иисус, говоря о космических и всемирных катаклизмах, на самом деле имел в виду менее масштабные исторические события, которые описывались языком апокалиптики исключительно по причине своей особой духовной значимости. Ряд исследователей, связанных с «Семинаром по Иисусу», вообще отрицают наличие в аутентичном учении Иисуса апокалиптических элементов, доказывая, что проповедь Иисуса сводилась преимущественно к этической сфере.

К началу XXI века были предложены реконструкции образа исторического Иисуса как апокалиптического пророка (Сандерс, Эрман), иудейского харизматика (Вермеш), социального революционера (Тайсен, Хорсли), неапокалиптического проповедника (Кроссан, Борг, «Семинар по Иисусу» в целом), странствующего киника (Мэк, Даунинг), пророка, в вести Которого некоторые аспекты иудаизма получали новаторскую интерпретацию (Мейер, Райт). Эти реконструкции были основаны на продуманной методологии, в них учитывались новейшие археологические открытия, применялся междисциплинарный подход к решению вопросов. Авторы начала XXI века стараются максимально приблизиться к идеалу объективного научного знания (хотя многие и отдают себе отчет в том, что это в полной мере невозможно), в их работах не чувствуется столь явного влияния мировоззренческих предпосылок, как в исследованиях более ранних авторов.

Достигли или нет ученые поставленной цели? Естественно, в рамках «Поиска…» отсутствовала некая инстанция, которая бы представляла интересы сразу всех участников и которая бы могла официально сформулировать цель всего этого научного проекта. Но из работ большинства участников[658] «Поиска…» следует, что цель проекта для них виделась в реконструкции одного «портрета» Иисуса, который бы служил воплощением научного консенсуса по вопросу о том, чему учил, как жил и Кем был Иисус. Как видно из проведенного исследования, эта цель пока не достигнута. В настоящее время существует несколько радикально отличных друг от друга реконструкций образа исторического Иисуса, а появление в ближайшем будущем некой единой, принятой подавляющим большинством академического сообщества реконструкции не кажется вероятным.