Нам важно понять, что два этих смысловых контекста не следует противопоставлять один другому. Они прекрасно совмещаются. Бог избрал Авраама, чтобы упразднить грех Адама; Бог дал Израилю поручение нести свет в мир. Обетование и цель завета всегда были направлены на проблему греха. Бог не намерен решать проблему греха каким-либо иным способом; об этом, среди прочего, говорится в 3:1–5. Если бы Бог не взялся за проблему греха, значит, он был бы неверен завету; все повествование Книги Бытия восстает против этого. Вот почему, размышляя в Римлянам 4 о Книге Бытия 15, Павел особенно подчеркивает тему прощения (4:6–8). И, как всегда, нам не стоит разъединять то, что (следуя Писанию!) крепко соединил Павел.

Такое «оправдание» совершается в настоящее время, о чем Павел говорит прямо («но теперь», 3:21) и что он потом разъясняет (в стихе 26). Будущий вердикт, как в 2:1–16 и 8:31–39, уже прозвучал в настоящем. Такова особая динамика знаменитого богословия оправдания Павла, и это прямое следствие того, что произошло с Мессией. Когда Бог воздвиг Иисуса из мертвых, он не только тем самым признал его своим «Сыном» (1:3–4), тем, кого он «послал» в мир выполнить его поручение (8:3–4), но он также оправдал его против тех, кто считал его лжемессией, объявил, что Иисус прав. Можно в этом увидеть вердикт суда, обладающий теми же самыми двумя смыслами (завет и юридический смысл): Иисус действительно был представителем Израиля, Мессией, осуществившим цель Божьего завета, и он также оказался «прав», несмотря на приговор суда, обрекший его на смерть.

И вместе с этим вердиктом, прозвучавшим в воскресении Иисуса, Бог также провозгласил такой же вердикт относительно тех, кто «в Мессии»: все они «даром объявляются оправданными, чтобы быть участниками завета через искупление, которое в Мессии Иисусе» (3:24). Оправдание совершается «в Мессии». То, что Бог сказал об Иисусе через его воскресение, он говорит и всем, кто «в нем». Иногда «оправдание» противопоставляют «включению», но это явная ошибка. То же самое (оправдание в Мессии) мы видим в Галатам 2:17 или, если уж на то пошло, в Филиппийцам 3:9.

Вот почему, подводя итог своим аргументам в 4:24–25, Павел говорит, что Иисус «предан был за согрешения наши и воздвигнут для оправдания нашего». Нельзя сказать, что воскресение Иисуса стало причиной «оправдания». Скорее речь идет о том, что это оправдание в принципе совершилось на кресте. В Римлянам 5:9 Павел говорит, что мы оправданы «кровью его», а в Первом послании к Коринфянам 15:17 он заявляет: «Если Мессия не воскрес… вы все еще в грехах ваших» – это сказано мимоходом, и тем оно важнее. Тут мы ближе всего к центру богословия Павла, да и данной книги: на кресте произошла настоящая революция, а воскресение стало первым знаком того, что это случилось. Один из многих результатов этой революции – оправдание. Оно важно, потому что получивший оправдание твердо знает, что его грехи прощены, а также твердо знает, что он принадлежит к семье Авраама (в очередной раз, как в Галатам 3). Обе эти вещи означают для Павла, что в результате победы креста силы, правившие миром, идолы, которые угнетали человечество, были свержены. Это, как и в Евангелии от Иоанна 12:30–32, – шаг, который нужно совершить, прежде чем народы мира могут освободиться от своих нынешних «властителей» и прийти к Мессии Израиля.