109) Всякий человек обыкновенно действует сам собою, задумывает, обдумывает, и приводит в исполнение с помощью Божией. Но по временам всякий же бывает орудием действия вышних сил, от коих чрез него требуемое благо переходит или передается в окружащих его. Свидетельствуется и сопровождается сие состоянием воодушевления на говорение или на делание чего, — когда говорит и действует человек не в силу соображений личных, а по неудержимому чувству и влечению. Внушаемое при сем сам он может и не удержать в себе. В таком случае он бывает одним лишь проводником, как желоб — проводником воды. Но может и усвоить то. В таком случае совершается им двоякое благо.

110) И в вере, и в жизни надо установить единичное убеждение: в вере, — что Бог сходил на землю и устроил нам спасение; в жизни, — что ты куплен, почему должен работать без устали, в надежде внити в покой, и здесь еще, а не только там. Корень жизни — ревность по Богу, в преданности Его покрову, руководству и вседействию.

111) Всякий человек двойствен — и добр, и недобр. У иного доброе преобладает, а у иного — недоброе. Но и у первого не молчит недоброе, а при всяком начинании добром предлагает себя вниманию или прямо, или косвенно; и у второго не молчит доброе, а всегда напоминает о себе, при всяком недобром начинании. Думается иногда, что недоброе в нас есть некое лице злое, привившееся к естеству нашему, доброму по творению, зорко за всем в нас смотрящее и непрестанно подстревающее со своими предложениями.

112) Бодренность — непрестанное напряжение энергии внутренней, держащее душу и тело в струнку, подсекается позывом покоя или почития на чем-либо тварном, с услаждением им и удовлетворенностью, помимо Бога и Божеского. Предметов на это — бездна, — все, что есть, кроме Бога и Божеских вещей. Внимание пусть узревает это и отбивает.

113) На молитве в самом начале недоброе наше всегда предлагает какое-либо дело, будто нужное, чтоб озаботить им. Если не остережется начинающий молиться, то уходит помыслом в предложенное дело, а о Боге и молитве забывает; кивает поклоны, как кукла. Чтоб избежать этого, надобно пред молитвою твердым помыслом все отбросить и приступить к молитве голою душою, чтоб она, совершая молитву, одну ее и имела в заботе.

114) Без дел и занятий нам быть нельзя. Бог дал нам деятельные силы, которые и требуют упражнения. У всякого потому есть свои дела и занятия. Они требуют внимания; но с другой стороны нравственное преспеяние, важнейшее всего другого, — требует, чтоб внимание всегда было в Боге. Как согласить то и другое? Надо все дела и занятия делать как дела Божии, Богом на нас наложенные, и посвящать их Богу. Тогда, делая их, не будем упускать из внимания Бога, ибо при сем неизбежна забота, как бы все делаемое сделать благоугодно Богу.