Светлый фон
я дошел до неразумия, хвалясь, вы меня принудили изгладь и меня из книги Твоей мир проходит страдать с народом Божиим, нежели иметь временное греховное наслаждение изведи из темницы душу мою, исповедатися имени Твоему изгоняет страх любовь никогда не перестает

800

800

Другой епископ послал, прося того же старца Варсонофия дать ему наставление.

† Ответ. Что мне сказать вашему боголюбию? Скажу, что рабу неприлично давать наставление господину своему, но еще и доныне я не избавился от тщеславия моего, чтобы признавать себя рабом всех. Итак, недоумеваю, не находя себе извинения. Остается мне только прибегнуть к сему слову: прости меня Господа ради и помолись о мне, дабы не быть мне осужденным за пришествие ваше ко мне и дабы я разумел, что есть Бог, и старался о исполнении Его заповедей — и буду помилован.

801

801

Во время бывшего прения о вере послан был от царя некоторый епископ и письменно вопросил того же великого старца, как должно поступить, ибо он полагал, что превратные мнения таятся и у некоторых сильных мира сего, не имеющих здравого разумения о вере.

† Ответ. По случаю того, что мы узнали от вашего вестника, припоминаем, что вместе с избавлением из рва при помощи Божией Даниил пользовался и дружбой царской. Имея надежду на Бога, спасающего рабов Своих и близкого ко всем призывающим Его во истине (Пс. 144, 18), Даниил не убоялся угроз и бедствия, которое его ожидало вследствие царского повеления, даже не ужаснулся и самого царя, но, будучи утвержден верою Христовою, был прославлен от Бога за сию веру. Итак, как истинно то, что сердце царя в руке Божией (Притч. 21, 1), то если пожелаем поступать право, Бог преклонит его к нам. Здравствуй о Господе, здравствуй.

всем призывающим Его во истине сердце царя в руке

802

802

Один епископ, будучи осужден за сребролюбие и другие падения и ненавидимый за сие народом, был обличен Собором того места. И по обличении дал отрицательные грамоты и, по общему приговору, оставил престол. Жители же того города, признавая трех мужей достойными епископства и сомневаясь, кого из них надлежит избрать, послали вопросить о сем великого старца Варсонофия.