23. И Иосиф спросил Ионафана, не сообщили ли спасенные, кто они и откуда.

24. Но Ионафан ответил: «Ты же знаешь, что не следует разглашать эту тайну,

25. ибо, пока спасенные не отбыли, нельзя открывать их имен, поскольку это может повредить им в их дальнейшем путешествии!»

26. Тут Младенец сказал Ионафану: «О муж! У тебя благородное сердце, в котором нет двуличия,

27. но что до некоторых старых суеверий, то ты еще очень богат ими!

28. Однако сейчас все же лучше молчать, нежели говорить, ибо через несколько мгновений все и без того прояснится!»

29. Когда же Младенец произнес это, вышел из хижины Цирений со всей своей свитой и направился к кораблю, то есть именно к тому месту, где находился Иосиф.

30. Когда же он совсем приблизился, сказал он Тулии: «Жена! Посмотри-ка! Эти люди вокруг нашего спасителя, не похожи ли они точь-в-точь на тех, ради кого мы отправились в это путешествие в Острацину?!

31. Клянусь живым Богом! Никогда еще я не видел большего сходства! И, смотри, на руках у нашего хозяина – Младенец, Который как две капли воды похож на Святого Младенца нашего небесного друга в Острацине!»

32. Тут Младенец потребовал, чтобы Его поставили на землю, и как только Его отпустили, Он сразу же побежал навстречу к уже близко подошедшему Цирению.

33. И Цирений остановился, и стал самым внимательным образом разглядывать подбегающего к нему Младенца.

34. Когда же Младенец остановился примерно в трех шагах от Цирения, Он сказал:

35. «Цирений, Цирений, Мой дорогой Цирений! – Смотри, как Я спешу к тебе навстречу. Почему бы и тебе не поспешить навстречу ко Мне?!»

36. Тут Цирений окончательно узнал Младенца и упал пред Ним на колени вместе с Тулией, и буквально прокричал:

37. «О мой Бог, мой Господь! Кто я? Где я? – Что Ты, о мой Бог! Ты, мой Создатель, моя Жизнь! Ты, Который значишь для меня все! Ты идешь мне навстречу здесь, в этом еще не знакомом мне месте!!!»

38. Младенец же сказал: «Мой дорогой Цирений. Ты находишься в правильном месте, ибо где Я – там и правильное место для тебя! Смотри, вот уже приближаются Иосиф, Мария, Евдокия, Мои братья и восемь твоих детей!»

39. Тут Цирений воскликнул: «О моя Жизнь, это блаженство слишком велико для меня!» – И он заплакал от огромного счастья, и не мог больше говорить от переполнявшего его величайшего святого чувства.

Глава 182. О преклонении сердца вместо коленей. Цирений приветствует Иосифа. О доверии к Богу. Радость Цирения от близости Острацины

Глава 182. О преклонении сердца вместо коленей. Цирений приветствует Иосифа. О доверии к Богу. Радость Цирения от близости Острацины