Глава VIII. Пусть и другие Церкви отправят в Антиохию послов или письма. Приветствия

Так как я, по причине внезапного, по воле начальства, отплытия из Троады в Неаполь, не мог написать ко всем Церквам, то к ближайшим Церквам напишешь ты, как знающий волю Божию, чтобы и они сделали то же самое. Кто может, послали бы нарочных, а другие отправили бы письма чрез посланных тобою, чтобы прославиться вам бессмертным делом, как ты и достоин того. Приветствую всех поименно, и жену Епитропа со всем ее домом и детьми. Приветствую возлюбленного моего Аттала. Приветствую того, кто удостоится быть отправленным в Сирию. Да будет всегда благодать с ним и с посылающим его Поликарпом! Желаю вам всегда укрепляться в Боге нашем Иисусе Христе. Пребывайте чрез Него в единении с Богом и епископом. Приветствую Алкия, вожделенное мне имя. Укрепляйтесь в Господе.

Святой Иустин Мученик

Святой Иустин Мученик

Апология первая

1. К императору Титу Элию Адриану Антонину Благочестивому Августу Кесарю, – сыну его Вериссиму философу, и Люцию философу, родному сыну Кесаря и усыновленному сыну Благочестивого, любителю наук и к священному сенату и всему народу римскому, обращаясь с моим словом и прошением за людей им, всех народов несправедливо ненавидимых и гонимых, – я из числа их, Иустин, сын Приска, внук Вакхия, уроженцев Флавии Неаполя в Сирии Палестинской.

2. Люди истинно благочестивые и философы должны уважать и любить только истину и отказываться от последования мнениям предков, когда они худы: такова обязанность, внушаемая разумом. И не только требует здравый разум не следовать тем, которые несправедливо поступали или учили: любитель истины должен всячески и больше своей собственной жизни стараться соблюдать правду в словах и поступках своих, хотя бы смерть угрожала ему. Вы называетесь благочестивыми и философами и слывете везде блюстителями наук: теперь окажется, таковы ли вы на самом деле. Мы обратились к вам не с тем, чтобы льстить вам этою запискою или говорить в удовольствие ваше, но требовать, чтобы вы судили нас по строгом и тщательном исследовании, а не руководствовались предубеждениями или угодливостью людям суеверным, не увлекались неразумным порывом или давнею, утвердившеюся в вас худою молвою; через это вы произнесли бы только приговор против себя самих. Что касается до нас, – мы убеждены, что ни от кого не можем потерпеть вреда, если не обличат нас в худом деле и не докажут, что мы негодные люди: вы можете умерщвлять нас, но вреда сделать не можете.