Но, тем не менее, жизнь крестьян оставалось еще тяжелой. На селе было еще достаточно много бедняцких хозяйств, несмотря на значительное их сокращение по сравнению с царской Россией. Здесь сказывалось и неурожайные годы, и последствия разрухи Гражданской войны, и местами неумелое управление хозяйством или сельхозартелями, и саботаж, и сопротивление зажиточных семей во главе с кулачеством, и эпидемия грибково-паразитических заболеваний зерновых культур. Как мы отмечали, рупором и организатором новой политики в татарской деревне теперь выступал сельский совет, а сельский сход существенно потерял свои позиции. В первой пол. 1920-х происходило становление советской политической системы. Сельские советы определяли свою политику, исходя из совокупности факторов: внутренняя политика государства, мелкотоварный уклад крестьянского хозяйства и общинные традиции крестьянского самоуправления. Сложившаяся еще в 1917 г. многоступенчатость выборов сохранилась
Губернские Съезды Советов составлялись из представителей городских Советов и волостных Съездов Советов, а волостные Съезды – из представителей отдельных сельсоветов. Правом избирать и быть избранным пользовались независимо от вероисповедания, национальности, пола, оседлости и т. п. все граждане РСФСР, достигшие 18 лет, или даже младше, если решение о понижении возрастной нормы принимал местный Совет. Но при этом правом избирать и быть избранными были лишены те, кто прибегал к наемному труду с целью извлечения прибыли, а также живущие на нетрудовой доход, частные торговцы, торговые и коммерческие посредники, и духовные служители религиозных культов, служащие и агенты бывшей полиции, лица, признанные в установленном порядке душевнобольными или умалишенными, осужденные за преступления, лица, состоящие под опекой. Таким образом, было развернуто широкое наступление на духовенство и другие нелояльные к советской власти слои населения. На все культовые религиозные учреждения были наложены государственные налоги.
В нижеприведенных списках нами (выборочно) представлены фамилии раскулаченных и репрессированных татарского крестьянства Лопатинского района. Этот список неполон и, как правило, содержит имена тех, кто был лишен избирательных прав (на 3 года), а иногда с высылкой за пределы области. Из этих документов следует, что крестьяне часто привлекались к ответственности и к уголовным делам за критические высказывания в отношении проводимых мероприятий Советской властью, а также за призывы к совершению различных актов насилия и террора. Так, например, Абдрашитов Хамзя Фетянович, 1902 г.р., уроженец с. Старый Вершаут, был арестован 10.04.37 г. Осужден 12.07.41 г. к 10 годам лишения свободы с поражениям в правах на 5 лет за а/с агитацию. Вторично арестован 21.01.49 г. Осужден Особым совещанием при Министерстве государственной безопасности СССР 27.04.49 г. за высказывание террористических намерений на поселение. Другой крестьянин, Абдрашитов Муха (Муса) Мухаметжанович, 1884 г.р., сторож в колхозе «Красный нацмен», был арестован в 1938 г. и приговорен на 8 лет за критические высказывания в отношении мероприятий Советской власти и колхозов. На 3 года были осуждены за антисоветскую агитацию: Абляев (Аблаев) Кирим (Кярим) Абдулович, 1892 г.р., уроженец с. Татар-Пакаевка (до ареста он проживал по месту рождения, колхозник в колхозе «Игенчиляр-Юлы»); Алимов Сырач Мостякинович, 1923 г.р. Давыдов Ибин Давыдович, 1870 г.р., уроженец с. Н. Усть-Уза, житель «кулацкого поселка Тат-Пакаевка», был осужден за контрреволюционную деятельность к выселению в Северный край на 3 года, а его сын – Давыдов Аббас Ибнеевич, 1899 г.р. – осужден 09.01.31 г. тройкой ПП ОГПУ по НВК к 8 годам лишения свободы за подобную деятельность; Бахтеев Сабир Сагитович, 1898 г.р., уроженец с. Н-Вершаут, житель с. Тат-Пакаевки, учитель, осужден 21.11.1937 г. за а/с деятельность к ВМН. Расстрелян 27.11.1937 г. в г. Аткарске.