Таким был Псково-Печерский монастырь и такими были его насельники в год, когда туда поступил 56-летний иеромонах Иоанн Крестьянкин.

Как любой новосел, о. Иоанн какое-то время привыкал к новому месту жительства. Вещи в келии поначалу стояли самые простые, чтобы не сказать убогие: у печки — покоробленный огнем книжный шкаф, три кособоких этажерки, кровать с панцирной сеткой, поверх которой лег деревянный щит, платяной шкаф. У окна, выходившего на Успенскую площадь, встал видавший виды кухонный стол. На полу — старый, потертый, в нескольких местах зашитый ковер. Со временем обстановка поменялась (под потолком, к примеру, появилась люстра Чижевского), но ненамного. Да и не в ней, конечно же, было дело: не место красило человека, а Человек — место. Центральным предметом обстановки как-то сам собой стал небольшой — на троих человек средней комплекции, — зеленый диванчик, притулившийся у левой стены. Именно на нем впоследствии будут проходить знаменитые «собеседования» у батюшки.

Стены келии украсили черный коврик с вышитыми на нем желтыми подсолнухами (он висел над кроватью) и иконы. Их количество со временем менялось, и постепенно иконы заняли всё пространство стен от пола до потолка. Здесь были и доски старинного письма, и характерные для эпохи фотоиконки. О каждой о. Иоанн мог что-либо рассказать — при каких обстоятельствах появилась, кем подарена и т. п.

Так, разместившуюся в центре икону «Спаситель с Чашей» о. Иоанн получил в дар от ее автора — умирающей монахини. Древней иконой апостола Иоанна Богослова его благословил во время пострига схиигумен Серафим, икона Божией Матери «Знамение» когда-то висела на стене родного дома в Орле (в 1986-м о. Иоанн передал обе иконы в Корнилиевский храм монастыря). Две иконы — Моление на камне преподобного Серафима Саровского и Матерь Божия «Умиление», написанная сестрами Серафимо-Дивеевской обители, — были спасены во время служения в 1960-х на Рязанщине и в конце 1980-х вернулись в родную обитель. Пожалуй, самыми ценными реликвиями в келии были полумантия преподобного Амвросия Оптинского и епитрахиль и поручи Патриарха Сергия (в начале 1990-х батюшка передал их о. Сергию Правдолюбову).

Среди икон размещались и фотографии людей, много значивших в жизни насельника. Это снимок, подаренный ему архиепископом Орловским Серафимом, фотографии о. Георгия Коссова и о. Александра Воскресенского, изображения преподобного Серафима Саровского, еще не прославленных в то время Амвросия Оптинского, Иоанна Кронштадтского, Патриарха Тихона и многих других. Схиигумен Серафим (Романцов) был запечатлен фотографом во время встречи с епископом Зиновием (Мажугой) во дворе своего сухумского дома. Нашел свое место и небольшой снимок императора Николая II, которого батюшка очень почитал.