Посмотрим, что еще говорили христианские святые о бесконечности как о свойстве божественного осознания.

Выдающийся мистик, Мейстер Экхарт [Иоганн Экхарт (ок.1260–1327) — доминиканец, представитель немецкой средневековой мистики. В учении об Абсолюте выделял безосновное божественное Ничто («Бездну») как основу всего бытия. В 1329 г. папской буллой многие тезисы Экхарта объявлены еретическими. — Прим. ред.], говорил о душах, слившихся с Богом: «По милости Всевышнего, они — Бог в Боге».

«Я — бесконечна, — писала святая Катерина Сиенская, — всегда в поиске бесконечных трудов — то есть в стремлении к бесконечному совершенству любви».

Святой Бернард [Бернард Клервоский (1090–1153) — французский теолог-мистик. Выступал против теологического рационализма, был вдохновителем второго крестового похода. — Прим. ред.] писал: «Как капля воды, падая в сосуд с вином, по видимости полностью исчезает в вине, приобретая его вкус и цвет… так и в святых все человеческие стремления неизбежно каким-то необъяснимым образом истекают из них и полностью вливаются в волю Бога».

«Человек, который обрел высшую степень совершенства, — писал святой Симеон Новый Богослов, — умер, и все же не умер, но бесконечно более жив в Боге… Он пассивен и недвижим, как человек, завершивший все свои дела. У него нет мыслей, потому что он теперь един с Тем, который превыше всех мыслей». Как похожи эти слова на описание первого проблеска космического сознания Парамахансой Йоганандой в «Автобиографии Йога»: «Тело как мертвое, и все же в своем усиленном осознании я знал, что никогда прежде не имел такой полноты жизни».

Ученик святого Симеона писал о его переживании самадхи: «Однажды, когда он обратился с искренней молитвой к Богу, чтобы вымолить личное общение с Ним, ему было видение: светящийся поток воздуха стал проникать в его душу, и, хотя он находился в своей келье, ему казалось, что он начал возноситься высоко за ее пределы. Был первый час ночи. Когда световой поток сверху стал подобен утренней заре, исчезло здание и все остальное, и он уже не чувствовал, что находится в доме. Совершенно не помня себя, он всей душой вгляделся в этот явившийся ему свет, который постепенно усиливался; воздух становился все более сияющим, и он чувствовал, что уносится всем своим телом вдаль от бренной земли».

Святые, тонко сознавая невозможность описания неописуемого, обычно говорят об этом более или менее уклончиво. Однако некоторые старались передать свои переживания словами.