Сила Йогананды являлась не только результатом его божественного сознания: в его личности были отражены прежние воплощения воина и героя-победителя. В юные годы, когда он жил в Калькутте, люди не раз просили его возглавить восстание против британцев. Его поведение характеризовало его как бесстрашного лидера.

Мастер мог быть очень откровенным, когда этого требовали обстоятельства. Неискренность не свойственна Ему. Однажды, будучи не в состоянии отказаться от речи после банкета в Нью-Йорке, на который его с трудом уговорили приехать, он сказал то, что лежало у него на сердце. Он строго укорял своих слушателей за их пустую жизнь. Его речь не звучала как осуждение. Он очень ярко описал их заблуждения и увещевал прекратить растрачивать свое воплощение на духовную лень. Его слушатели были ошеломлены. Многие плакали.

И все же это переживание, каким бы оно ни было болезненным, было их доброй кармой. Многим ли удается услышать то, в чем они нуждаются, от человека, одаренного божественной мудростью? Однажды сам Мастер сказал доктору Льюису: «В этой жизни ни один путь не пересекается с моим случайно».

Другая история, свидетельствующая о необычном прямодушии Мастера, связана с его посещением одной организации вегетарианцев. «Меня пригласили ознакомиться с их владениями, — рассказывал он мне. — Они считали полезной сырую пищу, или, как они говорили, «без термической обработки». Они провели меня по кухне. Затем мы вошли в столовую, где мне предложили самые невкусные блюда, которые я когда-либо пробовал. После этой эпикурейской катастрофы они попросили меня выступить перед ними!

— Я предпочел бы не выступать, — сказал я.

— Вы должны, — настаивали они, — все с нетерпением ждут вашего выступления.

— Вам не понравится то, что я скажу, — предупредил я. Однако они не приняли мой отказ. Я встал.

— Во-первых, — сказал я, — мне никогда в жизни не приходилось есть худшей пищи. С чего вы взяли, что готовить пищу столь невкусно — добродетель? Удовольствие, получаемое от еды, помогает пищеварению. Но вы воображаете, что ваша пища полезна. Это совсем не так. В ней серьезно нарушен баланс питательных веществ.

После моих слов все они были страшно возбуждены! «Вы не знаете, что говорите», — кричали они.

— Я настаиваю, чтобы вы приняли мои слова всерьез, — ответил я. — Если вы не улучшите вашу диету, один из вас через пятнадцать дней умрет от неправильного питания.

— Вы оскорбляете нас!

— Ничего подобного, — сказал я. — Вы сами оскорбляете себя своим фанатизмом!

Но они меня не послушали. Через пятнадцать дней один из них умер, и вскоре та организация распалась.