В невежестве восставал Симон против Того, Кому известны все тайны, и думал про себя, что Иисус не знает сокровенного. Вовсе не ведающий таин сомневается в ведении Вышнего:
Симон знал, что блудница исполнена скверн, и поелику грешница осмелилась прикоснуться к нашему Господу, то и почел Его за это не ведающим.
Так рассуждал Симон в уме своем: «Если бы знал Он, что это блудница, то оскверненной грешнице не позволил бы приблизиться к Себе».
«Если бы имел Он ведение, объемлющее все тайны, то укорил бы и отогнал от Себя эту оскверненную женщину, чтобы не прикасалась она к Нему и не сквернила чистого пророческого тела».
«Если бы ведал Он тайны и пророческие откровения, уразумел бы и увидел все ее нечистоты и преступления; известны были бы Ему и гнусность и многочисленность пороков ее».
«Если бы око Его проникало во все тайны, то не позволил бы Он прелюбодейке и блуднице лобызать ноги Свои».
«Из этого ясно видно, что Он несведущ и не пророк, как говорил я прежде. Ясно видно это из того, что, как я вижу, делает с Ним блудница. Не гонит Он ее, без сомнения, потому, что не знает, какая это женщина».
Так колебался сомнениями фарисей Симон, и разгоряченный дух его не знал, что и подумать.
Велика, правда, была вера фарисеева прежде, но не вполне совершенна, потому что Иисуса именовал он только Пророком. Твердо веровал Симон вначале, что Иисус – Пророк, но между тем и сомневался в Нем, потому что Сына Божия, имеющего в Себе жизнь, именовал только Пророком.
Из-за этого впоследствии поколебалась его уверенность в ведении Иисусом сокровенного. Вначале сомневался Симон, должно ли Господа нашего признавать Богом, а напоследок не признал Его даже и Пророком.
Симон, когда был еще высокого мнения об Иисусе, Господа пророков именовал Пророком. Но поелику любовь его была весьма недостаточна, то дух его впал в сомнение.
Если бы с самого начала исповедовал Его в уме Сыном Божиим, то и впоследствии не наименовал бы Пророком Господа пророков.
Поэтому вера в Симоне не имела твердого основания. Он был слаб и немощен для того, чтобы Иисуса признать истинным Сыном Божиим, потому что мучили его сомнения и в недоумении рассуждал он так: «Если бы Иисус был Пророк, то ведал бы, какова эта женщина».
«Думал я, что Он Пророк. Но Он не ведает сокровенного. А если не ведает сокровенного, то и не Пророк, как думал я о Нем».
Господь же наш отвечал ему: «