Для чего же Моисей и Илия явились Ему? Так как, когда спросил их: «что говорят обо Мне люди, кто – Я?» – они сказали Ему: «одни говорят, что Ты – Илия, другие, что – Иеремия, иные, что – один из пророков», но, дабы показать им, что Он не Илия и не один из пророков, явились им Моисей и Илия, чтобы знали, что Он есть Господь пророков. Прежде смерти преобразил лицо Свое на горе, чтобы не сомневались в преображении лица Его после смерти и чтобы знали, что Тот, Кто изменил одежду, коею был одет, может оживить и то тело, коим был облечен. Ибо Кто дал телу неприступную славу души, Тот может и оживить его после смерти, которую вкусят все люди.

Но если, Христос есть Бог чуждый[224], то зачем Моисей и Илия беседовали с Ним? Разве не Христос призвал Моисея к жизни и Илию с неба? И вот, привел (же) их из прежнего времени Праведного[225]. Если же, насильно действуя, низвел Илию с неба, то Он – не благ, так как похитил Илию из мышцы Праведного и привел в свидетели Себе. И если Благой без (ведома) Праведного разыскал Моисея и овладел им, то сделался повинным в воровстве, потому что похитил из гроба и вывел (на свет) кости, которые Праведный скрыл от взора людей (Втор. 34, 6). И когда с неба явился голос: «Сей есть Сын Мой Возлюбленный… Его послушайте», то где тогда был Праведный? Или устрашился и скрылся и не показался на голос Того[226]? Или этот голос Чуждого прошел незаметно, так что Праведный не слышал (его)? Но вот, на третьем небе – Он, как говорят, и Праведный также на небесах. Каким же образом голос этот и слова эти прошли мимо Его, так что Он не заметил их, а если заметил, то почему умолчал на все сие прославление, какое возвещено о Нем? «Его послушайте, и будете живы». Итак, всякий, кто слушает чужой голос, смертью умрет. Или, быть может, Они[227] вступили в какой-нибудь договор между собой, так что в одно время говорил один: «Я есмь от начала и до конца, и нет иного ни прежде Меня, ни после Меня», а в другое время другой сказал: «Сей есть Сын Мой Возлюбленный… Его послушайте»?