Я упал на колени перед кроватью и прижал девочку к себе. Как же мне только хотелось вырвать её из этого кровавого кошмара, случайной жертвой которого она оказалась! Но во всём огромном и сложном хитросплетении теней я не знал ни одного места, где дочь чувствовала бы себя в полной безопасности. Осознание собственного бессилия болью отзывалось у меня в груди, и я проклинал тот день, когда впервые спустился в Железный лабиринт.

   Мы ушли ещё затемно, воспользовавшись глухим палисадником внутреннего двора. Я предлагал Савве остаться с семьёй, но кузнец отказался.

   - Айвон мне всё рассказал, - сообщил он мне. - Про тени, про Преодолитель, про детей Создателя и их войну. Многие вещи я понял не сразу, некоторые не понимаю до сих пор, но одно я знаю точно.

   Мы ввязались в грандиозные события, которые способны изменить наш родной мир далеко не в лучшую сторону. Если это произойдёт, бежать уже будет некуда, потому что не останется ни одной тени не попавшей под изменение.

   Мы начали это вместе, вместе и закончим. Для начала найдём Кристи, потом сразимся за Гивеану. Если победим, подумаем, что делать с лабиринтом и Кайдоном.

   - Что значит "если", - шутливо возмутился я. - У крепыша Саввы появились сомнения?!

   - Это не сомнения, Талгат, а реалистичный взгляд на нынешнее положение вещей.