- Хоркосы перешли в наступление, - сообщил он мне, когда я приблизился к нему. - По приказу князя мы организованно отступаем на восток.

   Я очень хорошо знал план разработанный славгскими военачальниками. Армия, совместно с гражданским населением, должна была отступать к восточным болотам, вынуждая противника всё глубже увязать в чужой территории.

   Снабжение стотысячной армии врага, по мере удаления её от мест производства пищи, со временем должно было неизбежно ухудшиться. Пополнять запасы продовольствия на территории славгов, агрессор не мог; содержимое хранилищ и амбаров вывозилось, то, что не удавалось забрать с собой, уничтожалось. Вышеперечисленные обстоятельства, позволяли надеяться, что в стане хоркосов непременно вспыхнет голод, не способствующий поднятию боевого духа.

   Я сходу включился в работу, принимая активное участие в подготовке к отступлению. Обеспокоенные моим долгим отсутствием, вскоре появились Савва, Айвон, Валдай и Кристи. До обеда мы помогали населению вязать узлы и носить имущество к телегам, вытаскивать из стойл перепуганных и орущих на все голоса животных. Когда всё, что можно было забрать, оказалось за городской чертой, воины взялись за факелы.

   Люди не стеснялись своих слёз, когда наблюдали с высоты близлежащего холма, как полыхает Елзар. Они любили свой город, и его гибель переживалась всеми крайне тяжело. Даже у меня, прожившего в этом месте совсем недолго, картина объятых пламенем домов, вызвала чувства тоски и потери.

   Далее населению под защитой дружины предстояло продвигаться на восток, останавливаясь на ночлег в походных лагерях.

   Борята уходил последним. На минуту он остановился, и бросил прощальный взгляд назад. Боль в его глазах, смешалась с холодной яростью, не предвещавшей врагу ни малейших шансов на пощаду.