По команде наших военачальников, ряды пехоты расступились, и позицию перед фалангой заняли три тысячи лучников, вооружённых новыми луками, мощными и дальнобойными.

   Хоркосские всадники тоже обладали стрелковым оружием, но их короткие неуклюжие луки не могли составить конкуренции нашим, и славги, некоторое время, имели возможность вести прицельную стрельбу, не опасаясь ответных вражеских стрел.

   Передовая линия хоркосов в середине строя, начала выпячиваться вперёд, в то время, как фланги немного отстали. Становилось ясно, что основной удар неприятель собирается нанести по центру наших позиций. Тем временем, атакующие враги доскакали до первых ловушек, выкопанных в земле, и лошади начали попадать в смертоносные ямы.

   Животные проваливались, натыкаясь на острые колья, спотыкались и падали, сбрасывая с себя седоков. На них тут же налетали идущие следом, образуя нагромождения тел. Ударили славгские лучники, добавляя смятения в рядах врага.

   Три тысячи лучников являлись лучшими стрелками среди всей объединённой славгской армии. Их специально отобрали для этой роли и вооружили лучшими луками, которых удалось сделать, к сожалению, немного.

   Поле боя заполнилось криками раненных врагов и ржанием покалеченных лошадей, многие погибли под копытами своих соратников, идущих следом, стрелки били метко и сноровисто, увеличивая потери захватчиков.

   Но такую армаду невозможно было остановить подобными мерами. Ямы и рвы заполнились трупами до краёв, конница выровняла строй, и продолжая гибнуть под ураганом стрел без счёта, вновь устремилась вперёд.