Это было в конце холодной войны, но этого никто не знал. В то время, когда было трудно добраться до такой большой части земли за железным занавесом, не говоря уже о том, чтобы работать внутри нее, было обычной практикой просить невинных бизнесменов, имеющих законную причину, поехать туда, держать глаза и уши открытыми для любого фрагмента, который может заинтересовать чиновничество, то есть мир призраков. По возвращении будет дружеский обед и легкий подведение итогов. Обычно они были бесплодны, но никто не знал.

  Вернон Трубшоу был директором по продажам в какой-то компании, которая посещала торговую ярмарку в Софии, столице непокорной Болгарии. У него попросили BOLO, и Адриану Уэстону было поручено подвести его. И Трубшоу, отбросивший оплаченное государством вино, рассказал анекдот, вероятно, бесполезный.

  Его включили в приглашение на прием в российском посольстве, и во время этого он пошел в подвальный туалет. Выйдя, он обнаружил в коридоре четверых мужчин. Один из них, явно старший, срывал всемогущую ленту с младшего и младшего. Все на русском, о чем Трубшоу не говорил ни слова.

  Молодой человек почти плакал от унижения, когда старший обращался с ним как с грязью. Через неделю измученного жажды мистера Трубшоу пригласили на второй ланч. Еще правительственное вино… и несколько фотографий. Адриан Вестон попросил британскую команду SIS в Софии предоставить небольшую галерею лиц из российского посольства. Трубшоу не колебался. Его желто-никотиновый указательный палец коснулся двух лиц.

  «Это он кричал, а его жарили заживо», - сказал он. Еще через неделю под дипломатическим прикрытием Адриан Уэстон был в Софии. Местная британская разведка помогла ему с опознанием. Униженным русским был Илья Любимов, младший гофер в их посольстве. На следующий день Уэстон постучал в дверь квартиры молодого россиянина.

  Он знал, что это долгий путь и, вероятно, обречен на провал. Но у него не было времени преследовать русского, поймать его одного у посольства, а затем ухаживать за ним в течение нескольких недель, пока не расцвела дружба. К счастью, он хотя бы бегло и быстро говорил по-русски.