Винни-Пух и все-все-все
Винни-Пух и все-все-все
повесть-сказка
Рисунки Б. Диодорова и Г. Калиновского
⠀⠀ ⠀⠀ Предисловие к первому изданию
⠀⠀ ⠀⠀
Предисловие к первому изданию
Уже давно хотелось мне познакомить вас, дорогие ребята, со знаменитым плюшевым медвежонком, которого зовут Винни-Пух, и с его друзьями: с мальчиком Кристофером Робином, с поросёнком Пятачком, со старым осликом Иа-Иа, с Совой, с тигром, по имени Тигра, с кроликом (его так и зовут — Кролик), а также с мамой Кёнгой и её весёлым сынишкой Ру (кто они такие — об этом вы узнаете немного погодя, если не догадались сами). Папа Кристофера Робина — английский писатель Д. А. Милн — жил где-то поблизости от Чудесного Леса, где происходили приключения всей этой славной компании, и он в своих книгах рассказал о них столько интересного, что мне ужасно захотелось познакомить с Винни-Пухом и его друзьями вас, ребята. К сожалению, сделать это было не так-то просто, потому что и Винни-Пух, и все его друзья-приятели умели говорить только по-английски, а это очень-очень трудный язык, особенно для тех, кто его не знает. Поэтому я решил сперва выучить Винни и его друзей объясняться по-русски, что, уверяю вас, было тоже нелегко. Конечно, по-английски они и сейчас говорят гораздо лучше, чем по-русски, но все же мне кажется, что теперь вы их поймёте и, я надеюсь, подружитесь с ними, как дружат с ними многие тысячи ребят во многих странах. А ведь это — самое главное! ⠀⠀ ⠀⠀ Борис Заходер
Уже давно хотелось мне познакомить вас, дорогие ребята, со знаменитым плюшевым медвежонком, которого зовут Винни-Пух, и с его друзьями: с мальчиком Кристофером Робином, с поросёнком Пятачком, со старым осликом Иа-Иа, с Совой, с тигром, по имени Тигра, с кроликом (его так и зовут — Кролик), а также с мамой Кёнгой и её весёлым сынишкой Ру (кто они такие — об этом вы узнаете немного погодя, если не догадались сами).
Папа Кристофера Робина — английский писатель Д. А. Милн — жил где-то поблизости от Чудесного Леса, где происходили приключения всей этой славной компании, и он в своих книгах рассказал о них столько интересного, что мне ужасно захотелось познакомить с Винни-Пухом и его друзьями вас, ребята.
К сожалению, сделать это было не так-то просто, потому что и Винни-Пух, и все его друзья-приятели умели говорить только по-английски, а это очень-очень трудный язык, особенно для тех, кто его не знает.
Поэтому я решил сперва выучить Винни и его друзей объясняться по-русски, что, уверяю вас, было тоже нелегко. Конечно, по-английски они и сейчас говорят гораздо лучше, чем по-русски, но все же мне кажется, что теперь вы их поймёте и, я надеюсь, подружитесь с ними, как дружат с ними многие тысячи ребят во многих странах.
А ведь это — самое главное!
⠀⠀ ⠀⠀
Борис Заходер⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ Глава первая, в которой мы знакомимся с Винни-Пухом и несколькими пчёлами
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
Глава первая, в которой мы знакомимся с Винни-Пухом и несколькими пчёлами
Как видите, он спускается по лестнице вслед за своим другом Кристофером Робином, головой вниз, пересчитывая ступеньки собственным затылком: бум-бум-бум. Другого способа сходить с лестницы он пока не знает. Иногда ему, правда, кажется, что можно бы найти какой-то другой способ, если бы он только мог на минутку перестать бумкать и как следует сосредоточиться. Но увы — сосредоточиться-то ему и некогда.
Как бы то ни было, вот он уже спустился и готов с вами познакомиться.
— Винни-Пух. Очень приятно!
Вас, вероятно, удивляет, почему его так странно зовут, а если вы знаете английский, то вы удивитесь ещё больше.
Это необыкновенное имя подарил ему Кристофер Робин. Надо вам сказать, что когда-то Кристофер Робин был знаком с одним лебедем на пруду, которого он звал Пухом. Для лебедя это было очень подходящее имя, потому что если ты зовёшь лебедя громко: «Пу-ух! Пу-ух!» — а он не откликается, то ты всегда можешь сделать вид, что ты просто понарошку стрелял; а если ты звал его тихо, то все подумают, что ты просто подул себе на нос. Лебедь потом куда-то делся, а имя осталось, и Кристофер Робин решил отдать его своему медвежонку, чтобы оно не пропадало зря.
А Винни — так звали самую лучшую, самую добрую медведицу в зоологическом саду, которую очень-очень любил Кристофер Робин. А она очень-очень любила его. Её ли назвали Винни в честь Пуха, или Пуха назвали в её честь — теперь уже никто не знает, даже папа Кристофера Робина. Когда-то он знал, а теперь забыл.
Словом, теперь мишку зовут Винни-Пух, и вы знаете почему.
Иногда Винни-Пух любит вечерком во что-нибудь поиграть, а иногда, особенно когда папа дома, он больше любит тихонько посидеть у огня и послушать какую-нибудь интересную сказку.
В этот вечер…
⠀⠀ ⠀⠀
— Папа, как насчёт сказки? — спросил Кристофер Робин.
— Папа, как насчёт сказки? — спросил Кристофер Робин.— Что насчёт сказки? — спросил папа.
— Что насчёт сказки? — спросил папа.— Ты не мог бы рассказать Винни-Пуху сказочку? Ему очень хочется!
— Ты не мог бы рассказать Винни-Пуху сказочку? Ему очень хочется!— Может быть, и мог бы, — сказал папа. — А какую ему хочется и про кого?
— Может быть, и мог бы, — сказал папа. — А какую ему хочется и про кого?— Интересную, и про него, конечно. Он ведь у нас ТАКОЙ медвежонок!
— Интересную, и про него, конечно. Он ведь у нас ТАКОЙ медвежонок!— Понимаю, — сказал папа.
— Понимаю, — сказал папа.— Так, пожалуйста, папочка, расскажи!
— Так, пожалуйста, папочка, расскажи!— Попробую, — сказал папа.
— Попробую, — сказал папа.И он попробовал.
И он попробовал.⠀⠀ ⠀⠀
Давным-давно — кажется, в прошлую пятницу — Винни-Пух жил в лесу один-одинёшенек, под именем Са́ндерс.
⠀⠀ ⠀⠀
— Что значит «жил под именем»? — немедленно спросил Кристофер Робин.
— Что значит «жил под именем»? — немедленно спросил Кристофер Робин.— Это значит, что на дощечке над дверью было золотыми буквами написано «Мистер Сандерс», а он под ней жил.
— Это значит, что на дощечке над дверью было золотыми буквами написано «Мистер Сандерс», а он под ней жил.— Он, наверно, и сам этого не понимал, — сказал Кристофер Робин.
— Он, наверно, и сам этого не понимал, — сказал Кристофер Робин.— Зато теперь понял, — проворчал кто-то басом.
— Зато теперь понял, — проворчал кто-то басом.— Тогда я буду продолжать, — сказал папа.
— Тогда я буду продолжать, — сказал папа.⠀⠀ ⠀⠀
Вот однажды, гуляя по лесу, Пух вышел на полянку. На полянке рос высокий-превысокий дуб, а на самой верхушке этого дуба кто-то громко жужжал: жжжжжжж.
Винни-Пух сед на траву под деревом, обхватил голову лапами и стал думать.
Сначала он подумал так: «Это — жжжжжж — неспроста! Зря никто жужжать не станет. Само дерево жужжать не может. Значит, тут кто-то жужжит. А зачем тебе жужжать, если ты — не пчела? По-моему, так!»
Потом он еще подумал-подумал и сказал про себя:
«А зачем на свете пчёлы? Для того, чтобы делать мёд! По-моему, так!»
Тут он поднялся и сказал:
— А зачем на свете мёд? Для того, чтобы я его ел? По-моему, так, а не иначе!
И с этими словами он полез на дерево.
Он лез, и лез, и всё лез, и по дороге он пел про себя песенку, которую сам тут же сочинил. Вот какую:
Вот он влез ещё немножко повыше… и ещё немножко… и ещё совсем-совсем немножко повыше… И тут ему пришла на ум другая песенка-пыхтелка:
По правде говоря, Пух уже порядком устал, поэтому Пых-телка получилась такая жалобная. Но ему осталось лезть уже совсем-совсем-совсем немножко. Вот стоит только влезть на эту веточку — и…
Т⠀Р⠀Р⠀А⠀Х!
Т Р Р А Х!— Мама! — крикнул Пух, пролетев добрых три метра вниз и чуть не задев носом о толстую ветку.
— Эх, и зачем я только… — пробормотал он, пролетев ещё метров пять.
— Да ведь я не хотел сделать ничего пло… — попытался он объяснить, стукнувшись о следующую ветку и перевернувшись вверх тормашками.
— А всё из-за того, — признался он наконец, когда перекувырнулся ещё три раза, пожелал всего хорошего самым нижним веткам и плавно приземлился в колючий-преколючий терновый куст, — всё из-за того, что я слишком люблю мёд! Мама!..
Пух выкарабкался из тернового куста, вытащил из носа колючки и снова задумался. И самым первым делом он подумал о Кристофере Робине.
⠀⠀ ⠀⠀
— Обо мне? — переспросил дрожащим от волнения голосом Кристофер Робин, не смея верить такому счастью.
— Обо мне? — переспросил дрожащим от волнения голосом Кристофер Робин, не смея верить такому счастью.— О тебе.
— О тебе.Кристофер Робин ничего не сказал, но глаза его становились всё больше и больше, а щёки всё розовели и розовели.
Кристофер Робин ничего не сказал, но глаза его становились всё больше и больше, а щёки всё розовели и розовели.