Фохтман продолжал говорить все так же вежливо.

— Вы подверглись воздействию синего стекла. Это видно по коже. Возможно, совсем небольшому воздействию… вы не потеряли ни единого из ваших великолепных волос. Но вы, безусловно, понимаете, о чем я говорю. И я вынужден настоятельно просить вас ответить на мои вопросы.

— Какие вопросы?

Фохтман скользнул взглядом по двери, потом снова внимательно посмотрел на мисс Темпл, словно его выбор определялся выражением ее лица — а он в этот момент явно делал некий выбор. Мисс Темпл ощутила новый приступ тошноты. Холодное копье знания из книги графа пронзило ее мысли. Кончик лезвия заводится в замок на дверце шкафа, дверца распахивается.

Топка. Человек в рубашке. Это он прижег расколотое запястье миссис Марчмур на огне кухонной топки.

Фохтман указал на бумаги, лежащие перед ним.

— Это целый мир, «механический и научный». В наши времена огромные возможности идут рука об руку с огромными бедствиями.

— И вы хотите избежать бедствий?

— Для себя, конечно.

— И для своих… хозяев?

— Я знаю только то, что слышал, и ничему из этого не верю. Между ними разлад… только поэтому меня пригласили сюда.

Мисс Темпл неторопливо кивнула.

И возможно… я не совсем… то, что… вы обо мне думаете, — сказала она.

Фохтман резко стукнул рукой по бумагам, словно принял какое-то решение.

Так кто же из них послал вас? Да, я могу заменить Лоренца, но я должен знать, отчего он умер. Его убило синее стекло? Никто не отваживается высказать догадку… в особенности еще и потому, что все они тоже больны…

— Доктор Лоренц мертв? Но он был всего лишь мальчиком на побегушках у графа.

— Вы знаете графа? Знали его?

— Знала? То есть граф тоже мертв?

Фохтман прищурился, глядя на нее, словно на редкостное насекомое.

— Меня удивляет ваше безразличие. Ваша кузина Каролина Стерн была в этой компании. Она, скорее всего, тоже мертва.