— Я серьезно.

— Нет, нам даже и минуты не будет скучно друг с другом, — ответил он.

— Но мы ведь так похожи, и…

— Меня утомляют люди трех типов, — продолжал Алекс. — Первый: те, кто может говорить только о себе. Ты не эгоистка и не одержима собой.

— Второй?

— Те, кто не может говорить вообще ни о чем. Эти просто выводят меня из себя. А ты умна, активна, красива. У тебя всегда есть дело. И тебе всегда есть что сказать.

— Ну а третий?

— А самые несносные люди те, кто не может слушать меня, когда я говорю о себе, — полушутя‑полусерьезно заявил Алекс, пытаясь заставить Куртни улыбнуться.

— Я всегда тебя слушаю, — ответила она, — и мне нравится, когда ты говоришь о себе. Ты очень интересный человек. Правда.

Теперь, сидя на кровати, которая будет их супружеским ложем, Куртни поняла: самое главное, что делает взаимоотношения людей прочными и добрыми, — это умение слушать друг друга. Куртни стремилась лучше узнать своего мужа. И Алекс тоже хотел понять ее до конца. Если вдуматься, они вовсе не были так уж похожи друг на друга. Возможно, именно из‑за того, что Куртни и Алекс прислушивались друг к другу, они очень быстро пришли к взаимопониманию и стали ценить вкусы и привычки друг друга, а потом и разделять их. Они не дублировали один другого, а помогали друг другу расти.

Будущее выглядело многообещающим, и Куртни почувствовала себя очень счастливой. Она обхватила плечи руками, и на ее лице появилось то самое умиротворенное, довольное выражение, которое перенял у нее Колин.

Внизу у входной двери зазвенел звонок. Куртни взглянула на часы: десять минут третьего. Неужели они приехали почти на час раньше? Возможно, Алекс неправильно рассчитал время…

Куртни вскочила с постели и бросилась по лестнице в холл, перепрыгивая через две ступеньки. Ей не терпелось увидеть Алекса и Колина, задать им тысячу вопросов… В то же время она немного сердилась. Неужели Алекс превышал скорость где можно и нельзя? Ну если так… Как он посмел рисковать своей жизнью и их будущим ради того только, чтобы сэкономить час в пятидневной поездке? К тому моменту, как Куртни подбежала к входной двери, она уже была рассержена почти так же, как и довольна, что они наконец‑то дома.

Куртни сбросила цепочку с двери и распахнула ее.

— Привет, Куртни, — сказал он, протягивая руку и осторожно дотрагиваясь до ее лица.

— Джордж? Что ты здесь делаешь?

21

21

Не успела Куртни сообразить, что его неожиданное появление, несомненно, не к добру, не успела она сделать попытку развернуться и убежать, как Леланд довольно крепко сжал ее руку и повел в холл. Там он подошел к софе, заставил Куртни сесть и сел сам. Оглядев комнату, Леланд удовлетворенно кивнул головой и улыбнулся: