Бернардо заржал, и этот звук всех поразил, по-моему.

- А вот это уже ново! Меня за копа приняли!

- А кто ты, если не коп?

- Иногда - телохранитель. Иногда тот, от кого это тело надо хранить. Зависит от того, кто лучше платит.

Голос его звучал очень уверенно и спокойно - по-деловому.

- Может, и так, а может, ты врешь. Спусти штаны, посмотрим.

Он начал расстегивать ремень, я отодвинулась, хотя и не очень далеко. Не хотела снова попадать под прицел.

- А что такое? Ты же его видела без штанов, - сказала она. У меня стало складываться впечатление, что она мне не верит.

- Не в толпе, - отрезала я, выразив голосом праведное возмущение. И заработала этим ржание из публики.

- Снимай штаны, снимай штаны! - стали скандировать женщины, потом зазвучали и другие слова, Девочка, которая висела на Арфе, глядела на спектакль горящими глазами.

Бернардо не стал ни спорить, ни краснеть. Он просто расстегнул штаны и сдвинул их на середину бедер. Отвернулась я совершенно машинально. Женщины завопили и засвистели. Чей-то голос крикнул:

"Ну, папуля, даешь!" Мужчины присоединились к хору, поздравляя Бернардо и строя предположения, как он это делает так, что я еще жива.

Мне надо было посмотреть - просто невозможно сдержаться. Надо же узнать, угадала ли я, - и, честно говоря, просто я должна была посмотреть. Стыдно сознаться, но это правда. Несколько секунд мне понадобились, чтобы увидеть, что он действительно обрезан, а первое, что бросилось в глаза, - это размер. Бернардо был богато, очень богато одарен природой.

Я краснела и ничего не могла с этим поделать. Но я знала, что если буду так стоять и ловить ворон, то вся моя ложь будет без толку. И надо вести себя так, будто бы здесь стоит Ричард или Жан-Клод. Что бы я тогда сделала? Я бы его прикрыла.

Я подошла и встала перед Бернардо, хотя следила, чтобы не коснуться. Признаю, что ни на что больше смотреть не могла. Ричард был внушителен. Бернардо эту стадию миновал, он был уже просто пугающий. Я закрыла его от взглядов своим телом, взяв с двух сторон за талию, чтобы удержаться. Краска так бросилась в лицо, что голова закружилась.

Я обернулась на барменшу, все еще закрывая Бернардо от зала:

- Хватит с тебя?

Даже голос у меня перехватило от смущения.

- Поцелуй его, - велела она.

Я оглянулась на нее: