А в левом заднем кармане – кусачки.

И что под его огромными, мешковатыми шортами не было ничего.

В общем, многое было скрыто от стороннего наблюдателя. Люди смотрели, конечно, но он был уверен, что они его в упор не видят и не знают правды о нем.

Мимо прошла пожилая пара. Старые грибы посмотрели на Тоби, кивнули и улыбнулись. Он кивнул и улыбнулся в ответ. Стильно прикинутый парень гулял с белым пуделем. Он сухо кивнул Тоби и пошел дальше. По противоположной стороне улицы прошла женщина в белой чалме. Тетка, похоже, вообще его не заметила. Не заметила его и неуклюжая, дочерна загорелая девушка, которая совершала пробежку. У нее был измученный вид, она запыхалась, у нее на бедре болталась бутылка воды. Никто не видит меня. Никто из вас.

А если кто-то его и видел, то этот кто-то видел лишь растрепанного, толстого подростка, который шагает по улицам с улыбкой на лице и песней в сердце.

И какая же это песня? -задумался он. Он начал тихонько мурлыкать себе под нос «Stuck in the Middle with You».

И улыбнулся, вспомнив ту сцену из «Бешеных псов». Жалко, что он совсем не похож на Майкла Мэдсена.

Если бы я был похож на него,подумал Тоби, все телки были бы моими.

Ну да. Но зачем быть красавчиком, когда у тебя есть оружие?Он подошел к дверям и позвонил. В доме не было слышно ни звука, кроме пронзительной трели звонка.

Кто-нибудь дома есть? Давайте же, открывайте.

Он позвонил еще раз.

Ничего.

Он пожал плечами – на случаи, если за ним наблюдал кто-нибудь из соседей, – отвернулся, сошел со ступеней и подошел к забору на подъездной дорожке. Железные ворота были закрыты, но, кажется, не заперты.

Он улыбнулся, приветственно поднял руку и бодро проговорил:

– Ага, вот вы где. Я уже иду.

Он поднял защелку, прошел во двор и закрыл за собой ворота. Защелка легла на место с тихим щелчком.