– Когда он вышел на свободу, то, видимо, перестал принимать депопроверу? Ведь он снова кого-то изнасиловал?

– Он отрицает свою вину. С той дозой он не смог бы поднять член.

– Кто следил за приемом лекарства?

– Он сам за собой следил, – ответила Мун. – Слушайте, я знаю, что наша система несовершенна, но иногда мы вынуждены им доверять. Случаются ошибки. Мы ошиблись с Райтом. – Она бросила папку на стол. – Сейчас он ходит в клинику, где ему колют депопроверу каждую неделю. Все чисто. Браслет, который вы любезно сломали, держал его под постоянным присмотром. Он не делал ничего противозаконного.

– Он не покидал город?

– Нет. На прошлой неделе я заходила к нему на работу. Он был в здании банка.

– Мило с вашей стороны поместить его так близко к студенткам колледжа.

– Вы переходите границы, – предупредила она.

Джеффри поднял руки.

– Запишите вопросы, которые вы хотите задать, – сказала Мун. – Я сама поговорю с Райтом.

– Вопросы будут вытекать из его ответов.

– По инструкции я вообще не должна вас сюда пускать. Радуйтесь, что я не дала вам ногой под зад.

Джеффри прикусил язык, чтобы не нагрубить. Она права. Завтра можно будет позвонить друзьям из полицейского участка Атланты, они отнесутся к делу совсем по-другому, но сегодня все в руках Мэри Энн Мун.

– Дайте мне минутку, – попросил Джеффри, кивнув на телефонный аппарат. – Посоветоваться с моими людьми.

– Отсюда нельзя делать междугородные звонки.

Он достал сотовый.

– Вы не могли бы оставить меня одного?

Мун кивнула и развернулась.

– Спасибо, – поблагодарил Джеффри.

Мун никак не отреагировала. Он дождался, когда она удалилась по коридору, затем закрыл дверь. Перешагнув через коробки, сел за ее стол. Стул был низкий, колени едва не доставали до ушей. Джеффри посмотрел на часы и набрал номер Сары. Она ложилась спать рано, но он не мог ждать до утра.