В противоположном конце помещения зазвучал голос, обращенный ко мне. Очень приятный, пожилой, мягкий, каким дедушка разговаривает со своим любимым внуком.

— Энди, как ты себя чувствуешь?

— В общем ничего.

— Похоже, тебе здорово досталось. — Английский язык правильный, беглый, но с заметным акцентом. — Быть может, когда мы покончим с делами и достигнем взаимопонимания, тебе окажут медицинскую помощь.

— Я буду вам очень признателен. Благодарю вас. А что будет с моим товарищем?

Теперь мы находились в новом окружении, имели дело с новыми людьми. Если перед нами сейчас снова будут разыгрывать «доброго» следователя, может быть, меня накормят, окажут мне медицинскую помощь, окажут медицинскую помощь Динджеру. Быть может, мне удастся получить кое-какую информацию. Может быть даже, с меня снимут повязку и наручники — может быть, может быть, может быть. Даже если это продлится всего десять минут, все же подобное лучше, чем удар ботинком по яйцам. Если тебе что-то обещают, обязательно надо проверить, собираются ли выполнять эти обещания. Бери все, что можешь, пока есть возможность. Итак, вперед.

— Мы хотим лишь узнать, Энди, что ты делал на территории нашей страны.

Я снова повторил свой рассказ. Стараясь казаться испуганным и забитым.

— Я находился на борту вертолета в составе поисково-спасательной группы. Я санитар, я здесь не для того, чтобы кого-то убивать. Вертолет совершил аварийную посадку, произошло что-то экстренное, нам приказали быстро покинуть вертолет, после чего он просто снова поднялся в воздух. Я не знаю, сколько человек находилось на борту вертолета и сколько высадилось на землю. Вы должны понять, царило полное смятение. Все происходило ночью, никто не мог сказать, где находится офицер. Я думаю, он бросил нас и улетел на вертолете. Я понятия не имел, где нахожусь. Я просто бежал куда глаза глядят, перепуганный и сбитый с толку. Вот и все.

Последовала долгая пауза.

— Ты ведь понимаешь, Энди, не так ли, что тебя взяли в плен, а от военнопленных требуются определенные вещи?

— Я все понимаю и стараюсь как могу вам помочь.

— Нам нужно, чтобы ты кое-что подписал. Нам нужно получить твою подпись под некоторыми документами, чтобы затем отправить их в Красный Крест. Это часть процесса, необходимого для того, чтобы известить твоих родных о том, что ты здесь.

— Извините, но согласно Женевской конвенции я не должен ничего подписывать. Честное слово, я не понимаю, почему мне нужно что-то подписывать, потому что нас всегда учили никогда не делать ничего подобного.

— Энди, — голос стал еще более отеческим, — нам нужно помочь друг другу, ты же хочешь, чтобы дальше все пошло гладко.