Но, когда они подошли к Лиз и увидели ее, лежащую в луже крови, солдатик, как в ступоре, просто уставился на нее. Джейк не стал его ждать, опустился и подхватил ее на руки. На полусогнутых ногах, шатаясь, он нес ее к джипу, как будто перетаскивал кого-то через порог. Голова ее болталась. Аккуратно уложив тело, он вернулся за пистолетом. Солдатик все еще стоял, бледный, держа камеру Лиз в руках.

— Вы весь в крови, — сказал он глупо.

— Оставайся со своим другом. Я пришлю кого-нибудь, — сказал Джейк, забирая камеру.

Солдатик посмотрел на друга, лежащего на земле.

— Боже всемогущий, — сказал он дрожащим голосом. — Я даже не понял, что случилось.

Прибыла новая группа русских, окружили «хорх», как американские военные полицейские, и стали осматривать мертвого русского. Бегущий солдат, который все это начал, затерялся в Потсдаме. Других убитых не было, только Лиз и парнишка, который в конце недели собирался ехать домой. Когда Джейк направился к джипу, торопясь уехать, один из русских поспешил к нему, жестом показывая на Шеффера, обмякшего на переднем сиденье. Начнутся вопросы, советский доктор — этого он не хотел. Джейк сел и завел двигатель. Солдат крикнул ему, вероятно, приказывая остановиться. Но сейчас не было времени. Ближайший военный госпиталь — в Лихтерфельде, где штаб. Это много миль отсюда.

Русский встал перед джипом и поднял руку. Джейк выхватил пистолет и навел на него. Русский съежился и отскочил в сторону. Такой же пацан, как турист из Сент-Луиса, испугался окровавленного сумасшедшего с пушкой в руках. Другие, увидев, тоже попрятались. Сила оружия, мощная, как адреналин. Никто тебя не остановит, пока у тебя в руках оружие. Они прятались за «хорхом», пока джип не вырулил на площадь и не помчался к мосту.

Тело Шеффера качнулось от первого толчка и безвольно навалилось сбоку на Джейка, да так и лежало на нем, пока они выезжали из Потсдама. Когда они промчались мимо КПП сектора, Джейк рассмотрел встревоженные лица солдат и понял, что его лицо все еще измазано кровью. Он вытер его рукавом. Пот смешался с потемневшей кровью. Теперь, когда они вырвались на дорогу и мчались вперед, он вдруг понял, что хватает ртом воздух, грудь вздымается, как будто он вынырнул из глубины. Как во сне, если бы не труп на заднем сиденье и не тяжелый солдат, который навалился на него всем телом, безвольно болтая головой. Я даже не знаю, что случилось. Но он знал. Снова мысленно прокрутив сон, он остановился на том месте, где солдат бежал к обелиску, а сам он увидел, что оружие нацелено не на солдата, а на Лиз. Отвлекающий маневр — оружие обычно предназначается для другого человека. Но кому надо было убивать Лиз? Ошибка. Он взглянул на Шеффера. Не тот, за кого себя выдает. Готов рискнуть своей жизнью, только бы не попасть к русским.