— Мир может стать гораздо лучше, — продолжал развивать свою теорию Рой. Он старался не вдаваться в детали. — Необходимо только слегка проредить ряды производителей. Сначала уничтожать наименее идеальных членов общества. Работу всегда следует начинать с самого низа. В конце концов останутся только те, кто соответствует стандартам идеальных граждан, и они помогут построить более возвышенное и грамотное общество. Вы согласны со мной?

— Это будет удивительно интересный и захватывающий процесс, — ответил Акблом.

Рой решил, что художник с ним согласен.

— Да, я тоже так думаю.

— Особенно, если вы окажетесь в комитете по уничтожению неидеальных людей, а не среди тех, кого придется уничтожать, — добавил Акблом.

— Да, конечно, это не подлежит обсуждению.

Акблом лениво улыбнулся.

— Тогда это действительно забавно.

Они ехали к Вэйлю по шоссе номер семьдесят, решив не пользоваться самолетом. На машине дорога займет всего два часа. А если лететь, то придется возвращаться в Денвер из Степлтона, где расположена тюрьма, потом ждать, когда разрешат взлет, потом лететь — все вместе отнимет больше времени. Кроме того, лимузин уютнее, чем самолет, и в нем Рой сможет провести все время с художником. При перелете не представилась бы возможность для столь тесного общения.

Пока машина пожирала милю за милей, Рой начал понимать, почему Стивен Акблом произвел на него такое же сильное впечатление, как Ева Джаммер. Хотя Акблом был интересным мужчиной, в нем не было идеальных черт. Но все равно почему-то он казался идеальным. Рой чувствовал это. От него исходило сияние, рождалось ощущение гармонии. Успокаивающие флюиды. В чем-то Акблом был совершенно идеален. Рой все еще не мог понять, какие именно качества художника приближались к идеалу. Они были окутаны удивительной и манящей тайной, но Рой был уверен, что, когда они прибудут на ранчо, он все поймет.

Дорога поднималась все выше, и лимузин мчался через бескрайние древние леса, покрытые снегом, прямо к серебристому свету луны.

Шуршали шины, и за затемненным окном все, мимо чего они проносились, становилось смазанным пятном.

Пока Спенсер вел украденный черный пикап на восток по шоссе номер семьдесят из Гранд-Джанкшена, Элли донимала компьютер. Она включила его в зажигалку на приборной доске и положила компьютер на подушку, украденную в мотеле. Элли периодически сверялась с картой и другой информацией о ранчо, которая была у нее на распечатке.

— Что вы делаете? — не первый раз спросил у нее Спенсер.

— Рассчитываю.

— Что это за расчеты?

— Ш-ш-ш-ш. Рокки спит.