По факту, получившему широкую огласку, военная прокуратура Московского гарнизона возбудила уголовное дело по признакам статьи 171, часть 2 (превышение власти, сопровождавшееся применением оружия) и статьи 260, пункт «б» (злоупотребление властью, повлекшее тяжкие последствия).

Телевидение в ночном выпуске не преминуло сообщить сенсационные подробности боя в Черемушках. Журналисты кинулись за разъяснениями в пресс-службы обоих ведомств, но не тут-то было.

Руководители упомянутых подразделений, призванные информировать общественность, проявили завидное единодушие, наотрез отказавшись от каких бы то ни было комментариев.

Как разрешилась тяжба на самом высоком уровне, не удалось дознаться даже самым пробивным ребятам из Интерфакса и «Кости».

Складывалось впечатление, что все же в пользу правого дела. Не иначе как с санкции дирекции ФСК была допущена дозированная утечка информации. По телевидению показали фрагменты оперативной видеозаписи, которые не оставили места для сомнений по поводу того, кто и при каких обстоятельствах первым открыл огонь.

Причастность работников ГАИ к ядерной контрабанде тем не менее в уголовном деле не фигурировала, и само это дело как-то незаметно ушло в тень.

Упор был сделан на непосредственных участниках преступного бизнеса, кандидатах наук Голобабенко, Торбе и их соучастниках с изотопного комбината. Все вместе могли бы составить вполне приличный ученый совет.

О двусмысленной роли, которую сыграл гаишник, подъехавший первым на «мерседесе», лучше всех, пожалуй, мог бы рассказать именно Владислав Леонидович Торба. Он сразу узнал того самого капитана со шрамом на лбу, с которым судьба столкнула его, когда Лаки наткнулся на труп голой наркоманки в кустах, неподалеку от МГУ.

Но его об этом никто не спрашивал.

Торба накрепко запомнил, что шепнул ему Петя Голобабенко, когда началась стрельба:

«Нас приехали убивать».

Глава тридцать пятая «Октаэдр»

Глава тридцать пятая

«Октаэдр»

Заведующую операционным залом «Регент Универсал Банка» Тамару Клевиц убили на следующий день после освобождения под залог в сто миллионов рублей. Смерть наступила в результате множественных ран, нанесенных колюще-режущим оружием, предположительно обоюдоострым кинжалом или ножом. Ее одиннадцатилетнюю дочку нашли задушенной в ванной. По всему выходило, что убийство было заказным. Драгоценности, телевизоры, магнитофоны, меховые шубы, столовое серебро и другие дорогостоящие предметы остались на своих местах. В небольшом, вмурованном в капитальную стену сейфе — его скрывала аляповатая копия знаменитой шишкинской картины с медведями — нашли семнадцать тысяч долларов и спичечный коробок, доверху наполненный платиновыми профилями Ленина, выдранными из орденов.