— Извините, — сказал Дэвид Уэбб. — Я не знаю, что со мной случилось. Простите меня!

— Не надо просить прощения, Дэвид, — произнес Панов. — Ты возвратился в прошлое. Это понятно. Так что все в порядке.

— Да, я снова вернулся назад. Здорово было закручено, не так ли?

— Да не так, чтобы уж очень, — заверил Дэвида психиатр. — Все — в норме.

— Мне нужно возвратиться туда, что тоже понятно, ведь верно, Мо?

— Дэвид! — вскрикнула Мари, бросаясь к нему.

— Я не могу иначе, — проговорил Джейсон Борн, осторожно беря ее за запястья. — Больше никто не в состоянии сделать этого, неужели это не ясно? Я знаю коды. Знаю дорогу… Эхо отдал жизнь, спасая меня, потому что верил: я сделаю это. Я убью мясника. Тогда мне не удалось выполнить завет моего друга. Но на этот раз все будет по-иному.

— А ты подумал о нас? — вцепилась в него Мари. Звук ее голоса отразился от белых стен. — Или тебя не интересует, что станет с нами?

— Я вернусь, обещаю, — ответил Дэвид, отводя ее руки и заглядывая ей в глаза. — Но прежде я должен вернуться туда, неужели не можешь понять?

— Зачем? Ради этих людей? Ради тех, кто бессовестно лгал нам?

— Нет, не ради них. А того, кто хотел жить… Хотел этого больше всего на свете!.. Ты не знала его. Он был одним из тех, кому довелось уцелеть. Он не стал спасать свою жизнь, обрекая меня на смерть. Я должен был остаться в живых и выполнить свой долг. Я должен был остаться в живых и вернуться к тебе — он и это знал. У него был выбор, и он предпочел умереть. Многим из нас приходится порой решать подобные задачи. — Борн повернулся к Мак-Эллистеру. — Есть здесь кто-нибудь, чтобы сфотографировать труп?

— Чей? — спросил советник.

— Мой.

Глава 34

Глава 34

Один из техников, обслуживающих засекреченный особняк, сфотографировал белый стол, за которым проходили заседания. Руководил съемкой, хотя и с явной неохотой, Моррис Панов. Перепачканная кровью простыня закрывала тело Уэбба. У откинутого края ее было видно испещренное кровоподтеками спокойное лицо с широко открытыми глазами.

— Как можно быстрее проявите пленку и принесите мне снимки, — распорядился Конклин.

— Будет готово через двадцать минут, — пообещал служащий, направляясь к двери.

В комнату вошел Мак-Эллистер.

— Что тут происходит? — спросил Уэбб, приподнимаясь на столе. Мари с содроганием стала обтирать его лицо теплым влажным полотенцем.