«Вольво» мягко тронулся с места и растворился в потоке машин, движущихся по Коннектикут-авеню.

— Когда это вы с Джерри успели стать такими друзьями? — спросила Элизабет.

— У нас схожая среда обитания.

— Что ему было нужно?

— Извинился за то, что случилось с мной в Белфасте.

— Извинения были приняты?

— Не совсем.

— И это все?

— И это все.

— Ладно, ребята, пора преодолевать разногласия и наводить мосты, — сказал Дуглас Кэннон. — Едем в «Фор Сизонс». Выпьем с протестантами.

— Думаешь, эти люди когда-нибудь соберутся за одним столом? — спросила Элизабет.

— Вряд ли мы этого дождемся, — ответил Майкл.

Полтора часа спустя Ребекка Уэллс была уже на Массачусетс-авеню в северо-западной части Вашингтона. Через дорогу от нее раскинулся комплекс британского посольства. Скрытая деревьями, она прекрасно видела двор посольской резиденции. Гости уже начали расходиться.

Ребекка открыла конверт, который дал ей Делярош, достала сложенный вдвое листок и стала читать в жидком свете уличного фонаря. Потом сложила записку и сунула в карман. Ей вспомнился тот холодный день на побережье в Норфолке, день, когда она отправилась в Шотландию встречать Гэвина Спенсера с партией оружия. С тех пор прошел всего лишь месяц, а сколько всего случилось за это время. Она помнила странное ощущение покоя и умиротворенности, снизошедшее на нее в тот день на пустынном, вылизанном волнами берегу. Тогда ей хотелось остаться там навсегда. И вот теперь этот человек — человек без прошлого, наемный убийца, любивший ее так, словно она сделана из стекла — предлагает убежище у моря.

Подняв голову, Ребекка успела заметить, что Дуглас Кэннон и Осборны выходят из резиденции британского посла. Она набрала тот же номер и почти сразу услышала голос человека, которого знала только как Жан-Поля.

Выслушав Ребекку, Делярош закрыл телефон, вышел из кафетерия и быстро зашагал по Потомак-стрит до ее пересечения с Н-стрит. До особняка Осборнов оставалось два квартала. Чтобы не привлекать к себе внимания на тихой улочке, он замедлил шаг и еще раз осмотрелся, но не обнаружил никаких признаков усиления охраны.

Многое зависело от расчета времени. Сопровождающий Кэннона агент должен был сообщить находящейся у дома группе о скором прибытии посла. Не получив ответа, он мог бы заподозрить неладное. Вот почему Делярош не спешил.