Ван Ворден, казалось, был несколько озадачен словами Джека.

— Вот как? — переспросил он. — Откуда?

Данфи на мгновение пожалел о своих словах, но потом решил играть в открытую:

— Я прослушивал его телефонные разговоры.

Ван Ворден затянулся сигаретой и выпустил дым через ноздри. Глотнул вина.

— Но вы ведь не из полиции, я надеюсь? — спросил он.

— Нет, — ответил Данфи. — Не из полиции.

Ван Ворден кивнул, оценив искренность Джека. Потом нахмурился:

— И все-таки объясните мне толком, почему я должен с вами разговаривать?

Данфи задумался и понял, что ничего вразумительного ответить не сможет. Тут к двери подошла Клементина и с нежностью взглянула на ван Вордена.

— Это будет так мило с вашей стороны, — сказала она.

Ван Ворден кашлянул.

— Ну ладно, — сказал он и, распахнув дверь, предложил им войти.

Данфи и Клементина проследовали за ним по узкому коридору, увешанному черно-белыми фотографиями средневековых церквей и соборов. Из камбуза доносился аромат свежевыпеченного хлеба. Затем они миновали гостиную, забитую книгами, и вышли на палубу, где вокруг стола из кованого железа со стеклянной столешницей стояло несколько стульев.

— Портвейн?

— Спасибо, — ответил Данфи. — Я бы не отказался.

— У меня есть «Ратуша». Неплохой вариант. По крайней мере лучшее из того, что я могу предложить. — Ван Ворден налил им по бокалу вина и жестом указал на тарелку с сыром. — Чертовски замечательный стилтон. Попробуйте.

Клементина стояла, опершись на перила, и смотрела вверх по течению в сторону моста Бэттерси.

— Какое замечательное место! — воскликнула она с энтузиазмом, когда волны от пронесшегося мимо катера ударили по корпусу судна.