Мне не было стыдно, было страшно и холодно. В самом деле, какой может быть стыд, если через несколько минут меня уже не будет в живых? Что может остановить эту безумную свору, жаждущую человеческой крови?

Учитель подал знак, и вся эта толпа отступила к стене. Потом к Михаилу подошел Старый и протянул нож, такой большой и острый. Я завороженно смотрела, как пляшут на лезвии блики от огня и как наполняется кровавым светом большой рубин на рукоятке.

Михаил наклонился надо мной, и я почувствовала прикосновение холодной стали к своему горлу — он как будто примерялся, как лучше меня разделать.

— Стоять! — этот властный голос прозвучал в полной тишине как гром среди ясного неба. Я даже не сразу узнала его.

По мастерской пробежал тихий удивленный ропот. Я повернула голову набок и увидела Ника! На секунду мне стало легче, но потом до меня стало доходить, что один он со всей этой оравой маньяков не справится, если, конечно, к нему не вернулся дьявол.

— Что ты собрался делать? — в его голосе звучал металл и лед. — Ты собираешься испортить весь ритуал?

Вся самоуверенность слетела с Михаила, как слетают осенью листья с деревьев. Он вновь превратился в рыжего клоуна, растерянного и смешного. Вот только смеяться мне совершенно не хотелось, тут не заплакать бы.

— Господин? — неуверенно спросил Учитель. — Это вы?

— А кого ты ожидал увидеть? — поинтересовался ехидно Скрипач. — Не меня ли вы тут вызываете?

— Мессир, но ведь ритуал еще не закончен… — принялся оправдываться Михаил.

— Вот для этого я и явился, — облив съежившегося Учителя ледяным презрением, заявил Ник. — Ты ведь даже толком не разобрался, в чем смысл этого ритуала. Скажи, Миша, чем кровь девственницы отличается от крови проститутки? Да ничем! Так почему же мне нужна именно она? Шевели мозгами, недоучка.

Я уже не была уверена, что в логово сатанистов явился мой Ник, теперь мне казалось, что это вернулся дьявол. Вот только зачем? Неужели только для того, чтобы спасти мне жизнь? В это я поверить не могла, как ни старалась.

— Де… де… дефлорация? — заикаясь, спросил Учитель.

— А ты не так безнадежен, — рассмеялся скрипач, — соображаешь, когда хочешь. Мне нужна она, — он ткнул в меня пальцем. Это моя жертва, а не ваша. Всем молчать! Если я услышу хотя бы писк, вы все сгорите живьем.

— Да, Мессир, — покорно ответил Михаил, — как скажете.

— Отойди к стене, — все тем же повелительным тоном произнес Ник.

Тот послушно исполнил его приказ, и мы остались вдвоем, если не считать окружавших нас сатанистов. А мой скрипач наклонился надо мной и тихо, так, что даже я с трудом разобрала, что он говорит, шепнул: