Несколько длинных гудков звучат у неё в ухе, но никто не отвечает. Харриет набирает номер несколько раз, но ответа по-прежнему нет. Тревога начинает нарастать. Она сидит с телефоном в руке, когда раздаётся стук в дверь.

– Привет, я только хотел сказать, что звонили из больницы. – В двери стоит Патрик, одетый в полицейскую форму. Похоже, что он рад её видеть.

– Я знаю. Маргарета уже проинформировала меня о смерти Никласа, – отвечает Харриет. Радостный вид Патрика стоит у неё поперёк горла.

– Никлас? – Патрик недоумевает. – Вот как. Я собирался сказать, что Дуглас скончался. Он так и не пришёл в сознание после вашего визита, а теперь они говорят, что у него остановилось сердце.

– Ты сказал это Маргарете? – спрашивает Харриет.

– Нет, она без конца говорит по телефону. Довольно стрессовая у неё ситуация. А скоро ещё и журналисты начнут звонить. – Улыбка добегает до его глаз. – Этого она точно терпеть не может.

Харриет задаётся вопросом, как это Патрик может злорадствовать, сообщая о смерти человека. Пусть Дуглас и был подонком, но всё же у них на руках теперь жестокое тройное убийство, так что Патрик мог бы проявить хоть немного уважения по крайней мере к смерти.

– Она, может, не так уж и прочно сидит в своём кресле, – продолжает Патрик.

– Что ты имеешь в виду?

– Я имею в виду, что, когда станет ясно, как из рук вон плохо велось следствие, кое-кто сочтёт её не соответствующей своей должности. Там, наверху, уже стали к ней присматриваться. Я знаю, что они видели снимки, которые попали в прессу, да ещё и головотяпство с Кеннетом. Стрельба может стать последней каплей. Представь, что будет, когда эта бомба рванёт в СМИ.

Патрик продолжает стоять, как будто ожидает ещё какой-то реакции со стороны Харриет, но она не знает, что сказать. Мысль о стрельбе заставляет всё у неё внутри сжаться.

– Тебе не любопытно, как это случилось?

Харриет смотрит на него.

– Ты о чём? – спрашивает она.

– О той фотографии, которую не должны были опубликовать. Откуда, ты думаешь, она взялась? – Патрик цокает языком. – Пресса просто обожает, когда удаётся застукать полицию, которая не делает своё дело, особенно во время реорганизации. Всё, что свидетельствует о некомпетентности полиции, можно дорого продать.

– Снимок, который не должен был быть опубликован? – Харриет застывает. О чем он, чёрт побери, говорит? Намекает на фото Лауры в сарае, которое опубликовали вечерние газеты? Это Патрик, значит, снабдил журналистов информацией, только чтобы избавиться от Маргареты?

– Алло, очнись. – Патрик разводит руки в стороны. – Не смотри на меня так. Я тут ни при чем, но у меня ничего не заболит, когда она исчезнет, если ты понимаешь, что я хочу сказать. Я думал, что ты тоже так считаешь.