– Это будет сложновато сделать, поскольку ваша мать мертва, Биргит.

– Эх, жаль, а я и забыла… Ну тогда спросите у моей дочери. А заодно выясните у нее, кто убил мою мать.

– Что вы имеете в виду? Вы намекаете, что Дениса убила бабушку?

– Ха-ха, ну, вы опять за свое, – она хрипло захохотала. – Все-таки вы принимаете меня за идиотку, но я не говорила того, что вы сказали. Вы сами это придумали.

– Разрешите мне кое-что заметить? – подключился к разговору Ассад. Можно было подумать, если она ответит отказом, кто-то станет ее слушать.

Биргит изумленно посмотрела на него – так, словно только что увидела его, и, судя по всему, попыталась вспомнить, где уже встречалась с ним.

– Исходя из ваших слов, можно понять, что у вашей дочери были плохие отношения с бабушкой, верно? – уточнил Ассад.

Она улыбнулась.

– О, как вы проницательны! Они друг друга терпеть не могли, вот что я вам скажу.

Ассад так вытаращил свои карие глаза, что она никак не могла игнорировать его взгляд.

– А почему так, Биргит? Не потому ли, что Дениса внезапно отвернулась от семьи, чему немало способствовала Стефани Гундерсен?

Естественно, Ассад рассчитывал на некую реакцию с ее стороны, но никак не ожидал, что она на мгновение задержит дыхание, чтобы тут же разразиться гомерическим хохотом, забрызгав ему слюной все лицо.

– Давай это так и назовем, парень-шоколадка, – прогнусавила она затем. – Точнее и не скажешь.

Потом она откинулась на спинку дивана и вырубилась.

Аудиенция была окончена.

* * *

– На этот раз нам не удастся так просто отделаться, – заметил Ассад по возвращении в Управление. Не надо было говорить «нам».

Карл кивнул коллегам на пропускном пункте.

– Я уже понял это по вашим лицам, – сказал он. – Видимо, мне вновь надо подняться в кабинет Ларса Бьёрна?

Дежурные закачали головами.