В квартире их встречает запах вина и блевотины. Вот он, перед ними, с запрокинутой головой, шея выгнута назад, будто сломана. Фию охватывает жгучий стыд за то, что он был ее парнем, за то, что обманул ее и унизил. От его присутствия комната выглядит гадкой.

– О боже… – выдыхает Мерль. – А я думала, ты просто…

Нафантазировала, будучи в бессознательном состоянии, ага. Не она, а какая-то другая ипостась, жуткое альтер эго. Увы, это самая настоящая смерть, дело рук Фии. Теперь ее ждут последствия, да такие, по сравнению с которыми потеря дома – сущий пустяк.

Мальчики… Что будет с ними? Один родитель исчез, второй в тюрьме.

– Мерль, что мне делать? – жалобно скулит она.

Та внимательно смотрит на нее, и Фия понимает, что со вчерашнего вечера ничего не изменилось: для Мерль она по-прежнему жертва обстоятельств.

– Пока не знаю. Дай подумать. А почему он вдруг Майк, а не Тоби?

Фия путано объясняет. Мерль поднимает с пола пальто.

– Это его?

– Да.

Пальцы Мерль исчезают в складках и выныривают с коричневым бумажником.

– Майкл Фуллер. Так, хорошо.

– Почему?

– Потому что ты называла его Тоби. Ты ведь нигде не упоминала никакого Майка или Майкла?

– Нет. До этой ночи я вообще не знала, что его так зовут.

Мерль продолжает рыться в кошельке.

– Вроде Элисон говорила, что ты не знакома с его семьей, верно?

– Да. Ни с семьей, ни с друзьями.

Мерль поднимает голову.

– Коллеги? Соседи? Дети?