Несколько секунд она не шевелилась, приходя в себя. Потом открыла глаза, но увидела только тусклую серую пелену. Попробовала вдохнуть воздуха, но тут же наглоталась мокрого снега, закашлялась и выплюнула его. Попыталась закричать, но дыхания не хватало. Из груди вырвался лишь глухой, слабый стон. Нору охватила паника. Неужели она похоронена заживо? Сердце колотилось все быстрее и быстрее.

Нора отчаянно старалась пошевелиться и тут с невероятным облегчением почувствовала, что одна рука свободна. Должно быть, она торчит из снега. Теперь понятно, в какой стороне верх. Нора погрузила пальцы свободной руки в ледяную кашицу и стала разгребать снег. А между тем нехватка воздуха уже давала о себе знать. Нора захватила одну пригоршню, потом еще и еще. Легкие горели огнем. Она уже думала, что потеряет сознание, но тут лихорадочно двигавшиеся пальцы убрали со рта снег и лед. Нора глубоко, жадно вдохнула.

Она замерла, набираясь сил. Нора с наслаждением втягивала опьяняющий воздух, чувствуя, как по всему телу растекается живительная энергия. Перед глазами больше не плясали искры, боль в груди отступила. Через минуту-две Нора осторожно пошевелила руками и ногами, проверяя, не сломаны ли они. По ощущениям ее тело превратилось в один сплошной синяк, но все кости, похоже, целы. Нора принялась копать снова. Расчистила снег вокруг лица, поворачиваясь то туда, то сюда, чтобы разрыхлить давивший на нее со всех сторон плотный снежный монолит. Рыть мокрый, слежавшийся снег оказалось тяжелой работой, но уже через пять минут Нора откопала себя до пояса, потом уперлась руками в сугроб и с трудом выползла из снежной могилы на неровную поверхность.

– Корри! – позвала Нора, оглядываясь по сторонам. – Корри!

Лавина накрыла не меньше трети от ширины долины. Снежные глыбы валялись вперемешку с прутьями, ветками и всяким мусором. Агента Свонсон нигде не было видно.

– Корри! – снова позвала Нора, но тут же зашлась кашлем.

Покачиваясь, встала. В отчаянии начала бродить по мокрому снегу. Ноги проваливались на каждом шагу. Нора выкрикивала имя агента и высматривала хоть что-нибудь: руку, ногу, ткань. Что угодно, лишь бы отыскать, где ее погребла лавина. Но вокруг только огромное комковатое белое поле. У подножия скал занос особенно глубок, а ближе к центру долины становится тоньше и расходится вширь.

Без щупа не обойтись. Нора лихорадочно осмотрелась, выдернула из снега палку и принялась ходить туда-сюда, втыкая ее в снег.

– Корри! Корри!

Палка то и дело застревала в плотном, обледенелом сугробе. Вскоре она и вовсе сломалась. Нора выругалась, отшвырнула ее в сторону и стала искать другую.