Пустой грязный участок, ни одной машины.

Я быал уверена, что мы припарковались именно здесь. Мама должна быть здесь!

― Она должна быть здесь! ― я тяжело дышала.

Неужели моя мать бросила нас? Куда же она ушла? Как мы должны были выбраться отсюда? Хаскелл проберется к нам раньше, чем мы успеем…

«Стук, стук, стук», ― раздался грохот его тяжелых сапог.

Мы с Мэй повернулись к нему. Увидев нас, он улыбнулся и остановился, чтобы перевести дыхание. Он держал корону из колючей проволоки.

Черт, черт, черт. А где мама? Как мы выберемся отсюда? Нам придется бежать в лес и двигаться к шоссе. Может быть, там мы сможем добраться до безопасного места, прежде чем Хаскелл догонит нас.

Я кивнула в сторону деревьев, и она кивнула в ответ, молча соглашаясь направиться к шоссе. Мы бросились бежать.

Проревел микроавтобус тети Айзека.

Машина свернула за угол сарая, за рулем сидела моя мать.

Мама остановила машину прямо перед нами. Хаскелл приближался. Я метнулась открывать дверь до того, как автомобиль перестал двигаться. Мы с Мэй залетели в машину.

― Давай! Давай! Давай! ― закричала я.

Как только я захлопнула дверь, мы умчались на микроавтобусе. Кусочек фигуры Хаскелла — всего в нескольких ярдах от нас ― исчез, когда дверь фургона захлопнулась.

Мы помчались по грунтовой дороге так быстро, как только мог ехать микроавтобус, и выскочили на шоссе.

Когда мы умчались прочь, мимо нас пронеслись скулящие полицейские машины, направляясь в Тисдейл.

Эпилог

― Белое или темное?

Нож поблескивал в свете свечей, ожидая, когда я сделаю свой выбор.