Мистер МЕЙСОН: Итак, независимо от того, в какую версию событий, произошедших в этом каноэ, мы поверим, ваш выбор бежать с места происшествия и не позвать на помощь, прятаться от рыбаков в лесу, пройти мимо эллинга, не сообщая о том, что случилось, уехать и не использовать свой телефон, чтобы позвонить и уведомить кого-либо, привел в движение все последующие события, вы согласны с этим?

Мисс ГРИФФИТ: Да.

Мистер МЕЙСОН: Еще один вопрос, мисс Гриффит. Учитывая все, чего вы достигли, и все, что вам пришлось потерять, что еще помешало бы вам сообщить о том, что произошло на озере, – если только это не была нечистая совесть?

Мисс ГРИФФИТ: Я совершила ошибку, мое поведение было непростительным. Но это было не потому, что я убила Бек. Это было потому, что я боялась обвинений в ее убийстве.

Мистер МЕЙСОН: У меня все.

Самсон Гриффит: Когда Мейсон сказал: «У меня все», в зале суда повисла мертвая тишина. Клео сидела на свидетельской трибуне, белая как полотно. Алана должна была сразу заговорить, чтобы перенаправить ситуацию в другое русло. Ее молчание длилось всего около пяти секунд, но к тому времени, как она начала, ущерб уже был нанесен.

Джейк Кроу, репортер Inyo Register: Судья велел адвокатам быть готовыми на следующее утро предоставить окончательные аргументы в заключительной речи. Когда я выходил из здания суда, уже темнело, и я чувствовал огромную усталость. Мы катались на этих американских горках день за днем в течение нескольких недель, и мы все были ошеломлены.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Люди в средствах массовой информации представляют все как победу или поражение. Я смотрю на это иначе. Правосудие либо свершится, либо не свершится. Так было на протяжении тысячелетий. «Следуй справедливости и только справедливости, чтобы ты мог жить и владеть землей, которую Господь, твой Бог, дал тебе». Это древнее обязательство, но мы превратили его в зрелищный вид спорта, где все, что имеет значение, – это счет, когда истекают часы.