– Этому пьянице. Ты здесь? Ты еще здесь?

– Я здесь, – ответил Дэн, напряженно вглядываясь в ее лицо. Ослепла она, что ли? – Почему ты ушла?

– Ушла… Почему? Не помню… – она рассеянно улыбнулась. – Данька, а, Данька, угадай! И увидеть рады, и отводим взгляды… Что это?

Парень поморщился. Эту загадку она часто задавала раньше, когда убиралась в комнате или мыла посуду. Будучи ребенком, Дэн никак не мог найти ответа, но у него было достаточно времени, чтобы разгадать ее.

– Что это? – повторила она, глядя ему за плечо.

– Солнце, – хрипло проговорил Дэн. – Солнце. Мама…

У него раскалывалась голова. Женщина тоже схватилась за голову, пропуская длинные пальцы сквозь грязные волосы.

– Что с тобой? Что случилось?

Она быстро приблизилась – Дэн отшатнулся. На мгновение ему показалось, что человек не может двигаться так быстро.

Но она направлялась не к нему. Мать села на колени и протянула руки к контейнеру. Ногти заскребли по пластику.

– Не могу, – плаксиво протянула она, – открыть-открыть! Не помню, как. Мне нужно. Нужно!

– Что тебе нужно? – промямлил Дэн, чувствуя, как подгибаются ноги.

– Там! – взвизгнула мать, колотя кулаком по крышке. – Там. Пить. Дай мне!

Она со злостью толкнула контейнер к его ногам.

– Дай! – громко крикнула она. И эхо от ее голоса зазвенело над потолком.

– Хорошо, хорошо! – Дэн показал раскрытые ладони, сел на колени перед контейнером, постучал по пластику.

– Зачем тебе это? – спросил он, ощупывая крышку и отыскивая замок.

– Дай… – глухо повторила она чуть ли не с рычанием, не своим, не человеческим голосом.

Такой он никогда ее не видел: глаза выпучены, лицо перекошено от ярости. Дэн вообще засомневался, что это его мать. Хозяйка склепа опустила голову, забубнила что-то себе под нос.

Парень тихонько приоткрыл крышку, увидел колбы с темной жидкостью, закрепленные в специальных дужках, чтобы не разбились, и тут же захлопнул контейнер.