Лора оторвала взгляд от бумаг и посмотрела на Аманду — та замерла возле окна, в щелку глядя куда-то вдаль, за линию горизонта Майами. Тонкий темный силуэт на сером фоне. Аманда не проронила ни единого слова, ни разу даже не взглянула на Лору.

— Знаешь, я никогда не думала, что этот день настанет, — прервала молчание Лора. Ее голос, отражаясь от стен огромного помещения, странно резонировал.

Лора помолчала, давая возможность Аманде ответить, но та продолжала молчать. Тогда Лора заговорила вновь:

— Это мое наследство, последнее, что осталось мне от родителей. Фирма, несколько фотографий да запись на старом автоответчике — вот все, что у меня есть.

Снова воцарилась тишина, и Лора продолжила листать договор, не в силах прочитать ни слова. И все же она сняла колпачок с ручки, готовясь его подписать.

Мрачное безмолвие нарушила возня малыша.

— Можно я его подержу? — неожиданно попросила Аманда, не отрывая взгляда от горизонта.

— Конечно, можно, — разрешила Лора. — Наверное, он хочет есть, но я не взяла с собой бутылочку.

— Искренне ему сочувствую! — ответила Аманда, осторожно извлекая младенца из коляски. — Я тоже хочу есть.

Аманда покачала ребенка, положив его головку себе на плечо. Малыш наконец успокоился.

Лора наблюдала за ними обоими, чувствуя, как к горлу подступает ком. Эти двое — все, что осталось от ее семьи. А скоро родных станет еще меньше — Аманда покинет ее навсегда, как только будет подписан договор о продаже. Наверное, сестра хотела бы убежать отсюда без оглядки, и Лора не могла ее за это винить. Совсем не могла.

Совладав с трясущимися пальцами, она начала подписывать бумаги. Через пару страниц отвлеклась и сказала:

— Как бы я ни старалась, я не могу по-прежнему относиться к светильникам. Не могу оставаться в этом бизнесе. Я больше не хочу говорить про освещение, никогда в жизни.

— Я хотела перейти на свечки! — сказала Аманда с грустным смешком. — Ну знаешь, жить как амиши, но только в том, что касается света. Я бы умерла без Интернета.

Лора мысленно улыбнулась. Аманда никогда не изменится. Наполовину богема, наполовину деловая женщина — гремучая смесь.

— Мне пришло в голову… — снова заговорила Лора, завизировав еще несколько страниц. Осеклась, поморщилась, но потом все-таки решилась: — Знаешь, единственное, о чем я жалею, отказываясь от бизнеса, то, что я теряю тебя. Наши пути разойдутся… Нас больше ничто не будет связывать.

Аманда, медленно бродившая вдоль закрытых жалюзи окон с сыном Лоры на руках, никак не отреагировала на эти слова.

— В любом случае я почти закончила, — добавила Лора, глядя сквозь пелену слез на последнюю страницу документа. Ее последняя подпись решит судьбу «УотУэл Лайтинг». И это произойдет прямо сейчас.

— Чем теперь планируешь заняться? — спросила Аманда. Ее голос звучал как-то странно — хрипло, сдавленно. — Денег у нас будет куча. Можно осесть где-нибудь на Карибах и прожигать жизнь в свое удовольствие.

— Это не по мне, — ответила Лора. — Я хочу создать что-то настоящее, такое, что Аллен будет рад унаследовать. А еще у меня есть список благотворительных проектов, в которых я хотела бы поучаствовать. Похоже, пришла пора привнести в нашу жизнь что-нибудь живое и яркое.

— Как насчет моды? — робко предложила Аманда.

Лора, прикрыв ладонью рот, проглотила слезы.

— Ты бы согласилась работать со мной?

— Ни с кем другим я и не стала бы работать, — ответила тихо старшая сестра, стараясь не разбудить Аллена. — Тебе все прекрасно дается: управление, производство, логистика, это у тебя в крови. А я могу работать со СМИ, заниматься маркетингом, продажами, распространением, всем, чем угодно. Я душу продам за то, чтобы увидеть, как мы выставляем наши наряды на Неделе моды в Париже. Что скажешь?

Лора выбралась из-за стола и подошла к Аманде. Заглянула сестре в глаза и улыбнулась:

— Я согласна, но с одним условием.

— Давай, — ответила Аманда деловым тоном, а потом тихо засмеялась.

— Мы больше никогда не будем вспоминать прошлое. Ничего. И никогда.

— По рукам. — Аманда положила сладко спящего малыша в коляску и обняла Лору. — Сестры навечно? — прошептала она.

— Сестры навечно, — ответила Лора и вытерла набежавшую слезу.

— Чудесно, а теперь пошли поедим. Я умираю от голода.