— Никого здесь нет, парень. Просто старая кладовка.
Собака лаяла не переставая. Окно над головой Дженни открылось, и луч фонарика осветил сломанные полки и матрасы у дальней стены. Она еще сильнее вжалась в стену, молясь, чтобы охраннику не вздумалось перегнуться через подоконник.
— Ну-ну, мальчик, пойдем. Пойдем, я сказал!
Охранник закрыл окно и отошел, тяжело ступая по мокрому гравию. Пес — который был явно умнее напарника — лаял и рвался с поводка.
58
58
Эми вгляделась в темноту, царившую в комнате Гейнор, и окинула взглядом ее аккуратно застеленную постель. У прикроватного столика стоял собранный, набитый до отказа чемодан. Гейнор грозилась уехать; неужели не вытерпела, сбежала без вещей? Никто ее угрозы всерьез не воспринимал: в глазах группы Гейнор была паникершей и одновременно записным острословом. Эми ощутила укол сожаления: попрощаться не удалось, кроссовки не вернула…
Она вышла на место пересечения коридоров — и замерла на полушаге. Входная дверь распахнулась, и на пороге, стряхивая зонт, появилась девушка в дутой розовой куртке. Незнакомка сняла шапочку с помпоном, высвободив золотистые волосы. Точь-в-точь персонаж из серии книжек о «Ласковой долине», которыми Эми зачитывалась в подростковым возрасте. В темном холле клиники «К прекрасной себе» ей явно было не место.
Заметив взгляд Эми, девушка энергично помахала рукой. Эми нерешительно махнула в ответ, застеснявшись своего перепачканного платья и потертых кроссовок. Охранник сделал отметку в журнале и проводил гостью до кабинета доктора Кавендиш.
Ну что ж, пора в ванную…
* * *
Ким зазвенела связкой ключей, выбирая нужный. Попробовала один, другой. Руки ассистентки дрожали так, что ей не удавалось попасть в замочную скважину. Наконец нашла подходящий — и снова не попала. Эми мягко забрала у нее связку и открыла дверь ванной.
— С вами все в порядке? — спросила она, посмотрев на бледное лицо девушки и отметив следы серой пыли на ее белоснежной униформе.
— Все нормально, просто жутко устала. Работы здесь выше крыши, причем самой разной.
Хм… В клинике всего шесть женщин, за которыми ей поручено присматривать. Готовить Ким не приходится. Ведет занятия по аэробике, курирует ежедневные походы. Не жизнь, а малина. Эми в приемной на фабрике приходится куда как сложнее.
— Может, вам попросить доктора Кавендиш нанять помощницу? — с притворным сочувствием предложила она.
Ким, усмехнувшись, покачала головой.
— После того как ушла предыдущая ассистентка, я оказалась единственным кандидатом. Многие наслышаны об истории этого места, так что никто не соглашается даже оставаться здесь на ночь. Я уж не говорю о том, чтобы работать тут месяцами. — Она бросила на Эми виноватый взгляд. — Ладно, ерунда. Все это глупые слухи.
— А по-моему, здесь не так уж и страшно. Ну, в основном.
— Что вы хотите сказать? — прищурилась Ким.
— Нет-нет, ничего. Просто история здания и вправду мрачноватая.
Ей ужасно хотелось расспросить Ким о Роберте, рассказать о непонятной музыке и голосах, которые она вроде бы слышала. О руке в подвальном окошке, в конце концов. Эми сдержалась: все как один считали, что у нее шарики заходят за ролики. Наверное, и вправду глюки.
Ким распахнула дверь и сделала широкий жест.
— Ванна ждет вас, мэм.
Выложенное белой плиткой помещение ванной наполнял пар, и босые ноги Эми оставили на влажном полу четкие отпечатки. Лилии на подоконнике, не выдержав жары, согнулись и начали ронять красные тычинки, окрашивая лужицы на полу в оранжевый оттенок.
Ассистентка вручила ей большое шершавое полотенце и маленький кусочек мыла.
— Приступайте. Можете нежиться здесь сколько угодно, только не забудьте, что свет выключают в девять… — Ким запнулась и пробормотала: — О, черт!
— Что? Что случилось? — запаниковала Эми — уж слишком неуместно прозвучало проклятие в пропитанном запахом лаванды воздухе.
— Забыла раздать таблетки на ночь! Если клиентки не примут лекарство перед сном, она из меня котлету сделает. — И Ким выскочила из ванной, бросив на бегу: — Наслаждайтесь!
Проводив ее взглядом, Эми обратила внимание, что связка ключей осталась в замке. На всякий случай она вытащила ключи. Теперь ее точно не запрут снаружи, как в тот раз, в душевой. Ни в одном помещении клиники внутренних запоров не было, так что она придвинула к двери изогнутый деревянный стул и завела его спинку под ручку.
Раздевшись донага у большого, покрытого испариной зеркала, Эми протерла его полотенцем и рассмотрела свое отражение.
В таблоидах ее милостиво назвали бы крупной, хотя были возможны и другие определения: полная, толстая или, хуже всего, — жирная. Так или иначе, ее лицо набрало жизненных красок, а кожа под воздействием пара начала светиться. Бордовые потертости между бедрами поджили и приобрели розовый цвет. Эми не отрывала глаз от зеркала. Возможно, ее тело и недотягивало до жестких стандартов, однако на какой-то миг она восхитилась своими успехами.
Вода была горячей, покрытой тонкой масляной пленкой лавандового масла и приятно тягучей. К своей награде Эми шла словно под фанфары, ожидая увидеть овальную ванну на ножках в центре помещения и пузырящуюся, переливающуюся через край воду, однако перед ней предстала простая больничная ванна в углу помещения. Краны горячей и холодной воды соединили резиновым переходником — на случай, если пациентке захочется помыть голову. Плитка на полу потрескалась и кое-где поросла плесенью.
Эми ступила в горячую воду, и кожу словно закололо маленькими иголочками; под ногами захрустели крупинки не растворившейся до конца английской соли. Некоторое время она привыкала к температуре, потом осторожно села, вытянула ноги и опустилась по грудь. Наконец масляная пленка обволокла тело, и усталые мышцы расслабились. Такой нагрузки, как в клинике, Эми себе не давала с тех времен, когда они в школе бегали кроссы по пересеченной местности. Блаженствуя в горячей воде, она незаметно погрузилась в дрему.
Ей снился накрытый стол посреди дороги. Высокие пирамиды ярких фруктов и овощей, свежий хлеб и печеная картошка — Эми даже во сне чувствовала запахи еды. У стола стояла мама, рядом с ней — Гордон. Завидев Эми, оба заулыбались. Из соседних домов вышли люди. Она шла мимо припаркованных машин в раздельном бикини и сверкающей короне, и ее встречал гром аплодисментов…
Из сладкого сна вырвал грубый звук — словно дерево стучало о дерево. Эми распахнула глаза. Дверная ручка прыгала то вверх, то вниз, колотясь о спинку стула. Вода давно остыла, пар рассеялся, и холодная испарина легла на стены и оконное стекло. Лилии совсем сдались и роняли на пол лепестки, свесившись под грузом тяжелых холодных капель.
— Кто там? — крикнула Эми, и ее голос предательски дрогнул.
— Это я, доктор Кавендиш! Принесла вам свежую одежду. Никак не могу открыть дверь. — Она снова дернула ручку.
— Сейчас, минутку!
Эми вылезла из ванны, завернулась в полотенце и пошла к двери, стараясь не поскользнуться на мокром полу. Едва она убрала стул, как дверь распахнулась, и на пороге возникла встревоженная доктор Кавендиш.
— Вам не дурно, Эми? У вас такой вид, словно вы столкнулись с привидением.
— А… да, знаете, просто изнутри ванная не запирается, вот я и…
— Эми, вам здесь некого бояться. Вы в полной безопасности.
Доктор протянула ей новую одежду: раздельный костюм, стилизованный под тунику, — как и обещала.
— Уверена, что он сядет как влитой. Жду не дождусь, когда увижу вас в обновке.
Эми, пощупав толстый эластичный материал бежевых брюк, постаралась не скорчить разочарованную гримасу и окликнула уже повернувшуюся к выходу доктора:
— Доктор Кавендиш, кто приносил в мою комнату предыдущие наряды?
— Я обычно просила Тину, — в легком замешательстве ответила доктор.
Эми с облегчением выдохнула и благодарно улыбнулась.
— Почему вы спрашиваете? — удивилась доктор Кавендиш.
— Да просто… Нет, наверное, это чепуха… Гейнор шутила, что не раз видела, как из моей спальни выходит Роберт.
— Роберт?
— Ну да! — Эми вздохнула. — Гейнор подтрунивала, что он каждую ночь проводит у меня.
Лицо доктора застыло, и Эми пожалела, что вообще упомянула имя подруги.
— Значит, и вправду хохмила. Я знала, что это неправда, — пробормотала она, пытаясь скрыть ложь за смущенной улыбкой.
— Одевайтесь, Эми. Утром увидимся.
59
59
Карта наблюдения
Ночью пациентка жаловалась на боли в животе. Вызвали смотрительницу, однако та посчитала, что время для схваток еще не пришло. Пациентка приняла обезболивающее и была отправлена в постель. Просила разрешения увидеть Дэнни. В просьбе отказано.
8.00 — Самочувствие улучшилось. Позавтракала. Пациентку попросили совершить активную прогулку по коридорам лечебницы в целях подготовки к приближающимся родам.
10.00 — Проводит время в комнате досуга в компании с Эндрю и другими пациентами.
12.00 — От ланча отказалась, сослалась на тошноту. Отправлена в палату. Смотрительница Доусон оповещена.
14.00 — У пациентки отошли воды, начались родовые схватки. Переведена в процедурную в сопровождении смотрительницы и акушерки.
16.00 — Находится в процедурной.
18.00 — Находится в процедурной.
20.00 — Находится в процедурной.