Лжедмитриевна от своей порции отказалась.

— Елена Дмитриевна, этим вы никого не спасете, — сказал Стасик. Алексей Палыч отметил, что с сегодняшнего дня Стасик имя руководительницы стал выговаривать совершенно четко. Не «Елена Дмитна» или «Елена Дмитрина», как раньше, а «Елена Дмитриевна», тщательно прожевывая каждую букву.

— Хлеба я не хочу, — сказала Лжедмитриевна.

— И суп не будете?

— Попробую.

— Борька, — спохватился Шурик, — а ты плёхни туда рыбу. Генка, почисти ее по-быстрому.

— Там и чистить нечего.

— Не хотите — я съем.

— Разварится, ты и не заметишь, — сказал Гена. — Пускай лучше Веник съест.

— Смотри, как бы самого Веника есть не пришлось. В некоторых странах, например, собак едят и не жалуются.

— Ты что, на самом деле смог бы?

— Думаешь, не вкусно?

— Я не про вкусно…

— А чего… — сказал Шурик. — Я, например, читал, что мы едим какую-то, может, миллионную часть из всего съедобного. Знаешь, как диверсантов готовят? Сбрасывают на парашюте в какие-нибудь джунгли… Никаких поселков, может, на тысячу километров нет. А у него ни продуктов, ни воды, ни оружия, ни спичек, ни компаса. Только нож. И он должен выйти в определенное место. Мы бы с тобой через несколько дней загнулись. А его специально обучали и воду добывать и всякую дрянь есть. Вода есть во всяких растениях, деревьях, он знает, в каких. Питаться может змеями, ящерицами, насекомыми, разными личинками. Он знает, какие не ядовитые и как их найти. Даже червяков едят.

— Это я знаю, — сказал Гена. — Он-то идет, а над ним вертолет…

— Никаких вертолетов. Если он из джунглей не выйдет, его даже искать не будут. Так и называется: испытание на выживание. Понимаешь? Если кто не справится, то пускай погибает: значит — слабак, а такие не нужны. Но они почти все выходят, потому что направление умеют определять без ошибок. Если нет личинок, ищут всякие корешки, растения. Даже знают, какие цветы съедобны. Голодают, конечно, но зато в живых остаются. А уж когда вернутся, им сразу и тушенку дают, и сахар, и колбасу — сколько хочешь.

— Врешь! — сказал Гена. — Если долго голодал, есть много нельзя.

— Вру, — согласился Шурик. — Это я просто подумал, чего бы сейчас сам сожрал. А им дают куриный бульон и галеты. Тоже неплохо.

Рассказ о рационе диверсантов девочки выслушали без восторга.

— Обязательно ты какую-нибудь гадость придумаешь, — поморщилась Валентина. — Мне даже есть расхотелось.