– Когда все начнется, надо торопиться, – в третий или четвертый раз напомнил ему легат. – Но не настолько, чтобы спотыкаться о каждую корягу.

Веспасиан посмотрел на командира, который был лет на тридцать старше него, и почувствовал облегчение – по выражению жирного лица Помпония становилось ясно, что напряженное ожидание сказывается на нем не с меньшей силой.

– Вылазка началась! – раздался сверху голос дозорного.

Помпоний посмотрел на Фауста.

– Командуй, центурион.

– Приготовиться, ребята! – проревел тот.

Веревки натянулись.

– На счет «три» тяните так, как стягивали бы нубийца со своей матери. Раз, два, три!

Поддаваясь одновременному рывку, шестьдесят футов стены рухнули как единое целое. Солдаты продолжали тянуть, растаскивая бревна с пути наступления легионеров. Когда центурия с досками ринулась в пролом, Помпоний отдал приказ выступать. Корну хрипло пропел сигнал, и когорты припустили рысцой по изрытой лунками от бревен частокола земле, потом далее, по наведенным через ров мосткам.

Прежде, чем большинство фракийцев успело заметить надвигающуюся из темноты угрозу с фланга, первая когорта успела преодолеть двести шагов, а вторая – выбраться за укрепления. В тылу переправлялась ала конных ауксилиариев, занимая позиции справа от пехоты.

Остановив колонну, Помпоний отдал приказ развернуться фронтом с глубиной в две центурии. Полторы тысячи легионеров как один повернулись лицом к врагу.

Волна страха прокатилась по массе фракийцев. Те уже знали про вылазку из главных ворот. Новая опасность предвещала бой на два фронта, да вдобавок к этому еще град стрел со стены. Затем со стороны гор послышался пронзительный вопль сотен женских голосов. Вспышка молнии осветила склон, на пару мгновений сделав видимым источник этого крика. Фракийские женщины с детьми на руках прибыли на поле боя, чтобы победить или умереть вместе со своими мужьями.

Зрелище вселило храбрость в сердца воинов. Оставив попытки взобраться на стену, варвары нестройным маневром развернулись, готовясь встретить неприятеля в открытом бою.

– Вперед! – От волнения голос Помпония стал выше на добрую октаву.

Рокот корну прокатился по линии римлян, штандарты склонились. Ударив пилумами о щиты, легионеры перешли в наступление.

В сотне шагов от них фракийцы, мечущиеся едва различимыми на фоне горящей стены силуэтами, издали леденящий душу вой и ринулись на римлян. Череда молний выхватила из тьмы размахивающую ромфайями, копьями и дротиками толпу. Воины хлюпали по лужам и грязи, многие поскальзывались и валились под ноги напирающим сзади.