– Я, должно быть, сплю и вижу сон, а через минуту проснусь и увижу, как страшный нож опускается, чтобы пронзить мое сердце. О милый, поцелуй меня прежде, пока этот сон не кончился!

Тарзана из племени обезьян не нужно было просить об этом дважды. Он обнял любимую девушку своими сильными руками и поцеловал ее – но не один, а сотню раз. Он целовал ее до тех пор, пока она не начала задыхаться. А когда остановился, она обвила его шею руками и еще раз прижала свои губы к его губам.

– Так я живой и настоящий или это все-таки сон? – спросил он.

– Если ты не живой человек, мой мужчина, – ответила он, – то я молю Бога, чтобы Он позволил мне умереть прежде, чем я проснусь и увижу ужасную действительность.

Они помолчали, глядя друг другу в глаза, словно все еще не веря в счастье, которое обрели. Прошлое, со всеми его ужасами и разочарованиями, было забыто, будущее не зависело от них, а вот настоящее принадлежало именно им, и никто не смог бы отнять его.

Девушка первой нарушила блаженное молчание.

– Куда мы идем, дорогой? – спросила она. – И что будем делать?

– А куда бы тебе хотелось пойти? – спросил он в свою очередь. – И что тебе больше всего хотелось бы сделать?

– Я пойду туда, куда пойдешь ты, мой мужчина. И буду делать то, что ты считаешь правильным, – ответила она.

– А как же Клейтон? – спросил вдруг Тарзан, он и забыл о том, что на свете существует кто-то еще, кроме них двоих. – Мы ведь забыли о твоем муже.

– Я не замужем! – воскликнула Джейн. – Скажу больше, я теперь даже не обручена. За день до того, как эти ужасные существа похитили меня, я сказала мистеру Клейтону о своей любви к тебе, и он понял, что я не смогу выйти за него замуж. Это произошло после нашего чудесного спасения от льва…

Тут Джейн остановилась и вопросительно поглядела на Тарзана.

– О Тарзан из племени обезьян! – воскликнула она. – Ведь это был ты? Это ты спас нас? Нет, никто другой не смог бы этого сделать!

Он смущенно опустил глаза.

– Так почему же ты ушел и оставил меня? – с упреком спросила Джейн.

– Пожалуйста, Джейн, не надо, – попросил он. – Ты не знаешь, как я мучился, совершив этот жестокий поступок, как страдал сначала от ревности и гнева, а потом от злости на судьбу. Я вернулся к обезьянам, Джейн, чтобы никогда уже не встретить ни одного человека.

И Тарзан рассказал ей о том, что происходило в его жизни с тех пор, как он вернулся в джунгли: как он падал все ниже и ниже, подобно брошенному в бездну камню, и превращался из цивилизованного парижанина в первобытного воина Вазири, а затем в дикого зверя.