— То, что случилось в Безьере, не повторится здесь, — твердо сказал Пеллетье. — Каркассона выстоит осаду. Выстоит! Книгам здесь ничто не грозит.

Элэйс сжала его руку.

— Прошу тебя, не отступай от данного слова.

— Все, Элэйс, — резко прервал ее отец. — Нам неизвестно, где сейчас Воинство. Трагедия Безьера — уже старая новость. С тех пор минуло несколько дней, хотя мы услышали о том только сейчас. Авангард армии может уже подступать к городу. Отпустив тебя, я сам подпишу тебе смертный приговор.

— Но…

— Я запрещаю. Слишком опасно.

— Я готова рискнуть.

— Нет, Элэйс! — выкрикнул Пеллетье, уже не скрывая страха. — Я не принесу тебя в жертву. Это мой долг, а не твой!

— Тогда едем вместе! — воскликнула она. — Нынче же ночью. Возьмем книги и едем, пока еще есть время.

— Слишком опасно, — упрямо повторил он.

— Ты думаешь, я не понимаю? Да, может быть, наш путь окончится на острие французских мечей. Но не лучше ли погибнуть, пытаясь исполнить свой долг, чем позволить опасениям лишить нас отваги?

К удивлению и даже к досаде Элэйс, Пеллетье неожиданно улыбнулся.

— Такая решимость делает тебе честь, filha, — сказал он голосом, в котором уже не слышалось твердости, — но книги останутся в городе.

Элэйс, задыхаясь от бессилия, взглянула на отца, потом вдруг отвернулась и выбежала из комнаты.

ГЛАВА 47 БЕЗЬЕР

ГЛАВА 47

БЕЗЬЕР

Три дня после нежданно свалившейся им в руки победы французы оставались на плодородных равнинах, окружавших город. Казалось чудом захватить подобный трофей почти без потерь. Господь не мог яснее показать, что справедливость на их стороне.

Над ними догорали развалины некогда великого города. Клочья серого пепла взлетали в синеву летнего неба, и ветер разносил их над землями побежденных. Временами слышался грохот рушащихся в пламени домов.